Когда она заметила, что теплая вода уже не настолько приятна, то вышла из бассейна, приняла душ и в купальном халате прилегла на кушетку в комнате отдыха. Через панорамные окна она видела Крету, одинокие усадьбы, кипарисы и казавшиеся потерянными стада овец.

После купания она устала и заснула.

Безделье доводило Донато Нери до сумасшествия. Разговор с Габриэллой об исчезнувшем сеньоре Тилльманне он не забыл. Два дня назад он съездил на вокзал в Монтеварки, и кассирша вспомнила, что какая-то немецкая фрау покупала своему мужу biglietto в Рим и устроила целый концерт по поводу того, что в десять пятнадцать поезда не было и ее муж вынужден был ждать целый час.

Он больше ничего не мог сделать. Он не знал, с чего начать расследование, но если Габриэлла права в своих предположениях, то он просто не мог бросить все это на произвол судьбы.

— Есть что-нибудь срочное? — около одиннадцати спросил он Альфонсо, сидевшего в дежурной комнате. — Или я могу отлучиться на часок? Мне нужно кое-что купить.

С двенадцати до часу дня у них был обеденный перерыв, значит, он располагал двумя часами. Достаточно для того, чтобы нанести визит в Лa Роччу.

Альфонсо посмотрел на него так, словно увидел привидение.

— Ты здесь когда-нибудь видел что-то срочное? Я — нет. Конечно, поезжай, но чтобы в час дня ты снова был здесь. А я тогда сегодня вечером уйду на час раньше.

Нери хмыкнул и вышел из полицейского участка.

Массимо начал копать огород с левой стороны, именно с той, которая была дальше от дома. Там, где был похоронен Бинго, и огород сейчас, в обеденное время, оставался еще в тени. Но работа продвигалась медленнее, чем он думал. Тяжелая высохшая земля доставляла немало хлопот. Он знал, что это займет много времени, и начал собирать камни, чтобы ссыпать их в кучу в углу участка.

Он не заметил, что кто-то подошел к огороду, и вздрогнул от неожиданности, когда Нери его окликнул.

— Buongiorno, Massimo! — сказал Нери и засмеялся. — Похоже, я тебя напугал?

— Еще бы! Когда ты подходишь, я всегда пугаюсь! — Массимо тоже засмеялся.

Они пожали друг другу руки.

— Salve, — пробормотал Массимо. — Что занесло тебя в эту пустынную местность?

— Я, собственно, хотел поговорить с синьорой.

— Ее нет. Никого нет, все словно вымерло. А что за преступление совершила синьора?

— Я занимаюсь делом ее мужа. В связи с его исчезновением.

— О Dio! Звучит весьма драматично, ты не находишь? Между нами говоря, Донато, мне кажется, что он просто удрал с какой-то женщиной. Вот и все. Может быть, не очень изысканно, но что поделаешь?

— Тебе что-то известно?

Массимо покачал головой:

— Нет. К сожалению, нет.

— Она подала заявление о его исчезновении. И мне хотелось бы поподробнее вникнуть в это дело.

Массимо кивнул:

— Давай, Донато, занимайся. Во всяком случае, хуже от этого не будет.

Нери заложил руки за спину и осмотрелся.

— Прекрасный участок земли! — сказал он. — Немного заросший и неухоженный, но все равно очень хороший.

— Поэтому я ей и помогаю. В одиночку она с этим огородом не справится.

— А у нее симпатичное оливковое деревце, — сказал Нери, — очень милое.

— Сейчас в «Иперкоопе» их продают по сниженной цене. Двадцать евро за штуку. Я как раз думаю, не купить ли парочку.

— Но посадила она его по-дилетантски, — с умным видом сказал Нери, — ужасно! Так не делают, и толку от этого не будет. Бедное дерево стоит практически на горе! Надо пересадить его, Массимо.