От неожиданности Алик вывернул руль, и мы чуть не врезались во встречный грузовик — Ты понимаешь, что это значит? — спросил я. — Ты понимаешь, что тот, кто убил, спрятал и тело. И только он мог взять деньги. Хотя, конечно, не только он, но вероятнее всего.

Целую вечность он молчал, потом тихо сказал:

— Понимаю. Это значит…

— Это значит, что труп находится сейчас на городской свалке.

Потрясенные, дальше мы ехали молча.

Алик встал в очередь на заправку, а я не стал ждать, сказал ему:

— До встречи.

И ушел. Я тогда еще не знал, где состоится наша встреча. А то попрощался бы по-иному.

Но сейчас мне надо было все обдумать и чтобы никто при этом не мешал. Мусорщик никак не вписывался в мои планы. Вовсе не потому, что мне нравилась его жена, а просто непонятно, зачем он это мог сделать?

«Я сказала мужу, в какую неприятную историю мы попали», — сообщила Рита после разговора с ним по телефону.

И труп исчез, пока она меня упрашивала не звонить в милицию. Что за этим стоит? Даже если мусорщик не убивал, а только спрятал труп — уже достаточно. Достаточно, чтобы вытащить за хвост истину. Это как сунуть палку в осиное гнездо, чтобы посмотреть, кто сидит внутри.

Я увидел, как из-за угла выезжает мусоровоз, и бросился к нему, замахав руками.

— Друг, ты спятил? — поинтересовался водитель, открывая дверцу.

— Подбрось до свалки, — попросил я, подтверждая его диагноз.

— Садись, — согласился он, решив, видимо, не усугублять мое состояние.

Но за дорогу не проронил ни слова, насвистывая какой-то мотив. Так фальшиво, что хотелось повеситься.

— Все, — он затормозил, — приехали. Вылезай. Посторонним на территорию нельзя.

Я достал бумажник и протянул деньги.

— Тогда пригнись пониже, а лучше сядь на пол, чтобы тебя не заметили, — посоветовал шофер.

Рассказать, как мы проникали на столь закрытый объект, не смогу. Так как ничего не видел, кроме собственных коленок.

— Все, приехали, — сказал, наконец, водитель. — Можешь сесть нормально.

Свалка чадила.

Тут и там из залежей всякого хлама поднимался то ли дым, то ли пар, а запах был прогорклый и удушливый. Наверное, что-то подобное творится в аду. По рассказам очевидцев, во всяком случае.

— Как отсюда потом выбраться? — спросил я. — Может, подождешь?

— Вообще-то в заборе дырки есть, — ответил водитель весело. — Видишь бульдозер? Сейчас… — водитель постучал по клаксону, тот пропищал так же фальшиво, как до этого насвистывал его хозяин.

Определенно они были достойной парой.

— Заметил бульдозерист, — удовлетворенно сказал водитель, — иди к нему, он поможет. Только не провались где-нибудь…

Бульдозерист заглушил мотор и поджидал меня, а я прыгал среди всякого мусора и старался не упасть.

— Что надо, дядя? — сказал он, когда я приблизился.

Мы были примерно одного возраста.

— А что предложишь, племянник? — спросил я.

— Есть медь листовая, резина, доски…

— Нет, не подходит.

— А я думал, ты материалами интересуешься. Тут чего только нет.

— Золотое дно?

— Вроде того. Так тебе чего?

— Понимаешь, — я достал сигареты и предложил ему, — с женой поссорился, а она мои вещи сложила в сумку и на помойку. Я спохватился, а мусор уже увезли. Вот подумал, может, тут…

— А как собираешься искать? Тут со всего города привозят…

— Мне сказали, в позапрошлую ночь контейнеры из нашего двора вывозил водитель, он заикается… У вас много заик?

— Да нет, обошлось, — он усмехнулся.