Изменить размер шрифта - +

— Ты без конца повторяешь это, но у меня еще нет ни словечка из твоей сенсационной истории, которую я собираюсь написать.

Я вздохнул и секунду подумал.

— Сегодня четверг. История будет у тебя завтра.

— Надеюсь, ты не врешь.

— Не вру. Давай адрес.

— Что ты собираешься с ним сделать?

— Мне нужно с ним поговорить, больше ничего. Коувер может пролить свет на некоторые интересующие меня вещи.

— Хакни, Кенфорд-Террэйс, сорок четыре. И прошу тебя: никому не говори, от кого ты это узнал.

 

Глава 36

 

Я долго сидел в темноте, поджидая Алана Коувера. Его квартирка — другая, не та, в которой он надругался над девочкой, — была воплощением минимализма. В маленькой гостиной не было ничего, кроме стула, дешевого телевизора, который стоял напротив, и кактуса в горшке — единственного украшения на всю комнату. Я сидел спиной к двери, устремив взгляд на черный экран и погрузившись в размышления. Коувер был последней зацепкой, которая могла помочь разгадать тайну, окружавшую Коулман-Хауз и его обитателей. Характерная рана на шее Карлы Грэхем откровенно указывала на то, что именно Коувер убил Мириам Фокс. Но это открытие породило в моей голове больше вопросов, чем ответов. Допустим, Коувер и Карла были замешаны в убийстве Мириам. Иначе откуда Карла могла знать детали преступления? Но я не мог понять, на чем могли сойтись такие разные люди, что стало причиной убийства и как смерть этой девушки была связана с другими исчезновениями. В общем, нам с Коувером было о чем поговорить.

Мне страшно хотелось курить. Но я не мог рисковать, поэтому открыл третью банку «Кока-колы» за день и сделал глоток. В этой квартире, мало чем напоминавшей человеческое жилище, было страшно неуютно. Я осмотрел каждый угол, пытаясь найти что-нибудь подозрительное, но ничего не нашел. Только кухонные шкафы с кастрюлями и сковородками, платяной шкаф с какими-то шмотками да в ванной зубную щетку и мыло. Вряд ли это могло хоть что-нибудь рассказать о личности человека, живущего здесь. Специалисты говорили, что Коувера мучает невероятно сильное сексуальное желание, но он был очень умен и, зная, что за ним приглядывает полиция, не оставлял никаких следов, которые могли бы создать ему проблемы. На видеомагнитофоне, под телевизором, лежало несколько видеокассет, но я сомневался, что на них могло быть записано что-нибудь криминальное.

Я посмотрел на часы уже, наверное, в сотый раз после того, как проник в квартиру. Было двадцать минут девятого. В это же время одиннадцать дней назад я сидел в машине возле гостиницы «Тихая пристань», под проливным дождем, рядом с человеком, который сейчас, скорее всего, был мертв. После визита в квартиру Карлы я пытался связаться с Данни еще три раза, но он по-прежнему не отвечал. Мне сообщали, что телефон вызываемого абонента выключен, и советовали перезвонить позднее, но я знал, что это бессмысленно. Если бы Данни был жив, он бы уже позвонил мне. Даже с Ямайки.

У меня за спиной в замке повернулся ключ. Поднявшись, я бесшумно подкрался к двери и спрятался за ней. Наконец дверь открылась, и в прихожую вошел высокий человек. В руках у него была сумка с продуктами. Несмотря на то что в темноте его нельзя было хорошо разглядеть, я не сомневался, что это Коувер. Я осторожно вынул из кармана дубинку и, когда хозяин квартиры закрыл дверь и повернулся, чтобы включить свет, со всей силы ударил его по голове.

Он упал на колени, не издав ни звука, но сознания не потерял, поэтому мне пришлось ударить его еще раз. На этот раз он повалился на бок — теперь уже точно находясь в отключке.

Нужно было действовать очень быстро. Схватив Коувера под мышки, я подтащил его к стулу, на котором просидел весь вечер, и бросил на него бесчувственное тело. Коувер начал мычать и двигать головой; это означало, что скоро он придет в себя.

Быстрый переход