Касум оделся потеплее: ведь отправлялся не на цитрусовый юг, а к вечным снегам Дюльти-Дага. Дорогу он знал: и родители Касума были оттуда родом, да и ему самому приходилось посещать Шубурум по редакционным делам. Однажды редактор поручил ему проверить одно письмо из Шубурума. Этот случай он хорошо помнит: не раз рассказывал со смехом товарищам по работе. В Шубуруме на гудекане он встретил Кара-Хартума и сказал:

— Я как раз к тебе.

— Ко мне?! — удивился Кара-Хартум: еще никогда к нему не приезжали из города.

— Да, в редакцию поступил материал о тебе.

— Материал?

— Да.

— Слышите вы, люди, а? Обо мне прислали материал в редакцию. Вот народ! Ну что я такого сделал, чтоб обо мне писали? Наверняка это о том, что я женился на молоденькой, да? Ну скажи ты честно: кто же не любит молодых? Вот спроси нашего почтенного старика Али-Хужу: женился бы он, если б за него согласилась выйти наша красавица Айшат? А?

— Конечно, женился бы! — воскликнул Али-Хужа.

— А я б и от старой вдовы не отказался, — грустно вставил тогда горбун-парикмахер.

— Слышишь ты, газетчик, что люди говорят? А?

— Да. Но написали не об этом.

— А о чем же? Что уклоняюсь от колхозных работ? Так я же охотник, не умею ковыряться в земле…

— Нет, и не о том…

— А-а, теперь догадываюсь! Наверное, о том, что, когда достраивал саклю, лес рубил. Да? И кто бы подумал, что о таком пустяке люди станут писать в газету! Нет, ты скажи, кто написал эту кляузу?

— Нет, нет, и не об этом, дорогой Кара-Хартум! — сказал тогда Касум.

— Тогда я что-то ничего такого не припоминаю, о чем могли бы писать.

— А может быть, — вмешался Хужа-Али, — написали о том, что ты вместо горной куропатки подстрелил соседскую курицу?

— Это была случайность! — возразил Кара-Хартум. — А впрочем, шайтан их знает. В наш просвещенный век, век бумаги, все может быть: бумага стерпит. Так неужели написали о курице?!

— Нет, — сказал Касум, — не о курице… Ты на прошлой неделе, говорят, убил трех волков. Правда?

— Да. А что в этом плохого? Убил трех волков. Что ж тут худого? Вот народ, вот народ! Чем умнее становятся, тем хуже делаются. Все стали грамотными. А что будет дальше? Раньше люди не находили слов даже, чтобы сказать о любви. А теперь — пожалуйста, пиши на бумаге, передавай записки девушке. Тьфу! Какая безнравственность, — бумага, видите ли, не краснеет… Да, я убил трех волков, и шкуры сдал, куда следует, и получил вознаграждение — столько, сколько положено и ни на копейку больше. Понятно?

— Да, понятно! — ответил Касум и усмехнулся.

— Ты чего смеешься?

— Да так просто…

Тогда и познакомился Касум с колхозным охотником Кара-Хартумом, о котором в газету написал доброе слово, что вот, мол, он избавил общественный скот от трех жестоких врагов.

К самым высотам Касум подъехал на попутных машинах, а дальше надо было идти пешком.