|
Духовка звякнула звоночком, сигнализируя, что разогрета. Натэниел глянул на меня вопросительно. Я обвила руками руки Мики, завернулась в него, как в пальто. — Нельзя выгонять Натэниела с его кухни, Ричард. И чтобы Мика уходил, я тоже не хочу. — Это не его кухня, — ответил Ричард, снова разозлившись. — Нет, его. Натэниел повернулся к своему тесту, едва заметно улыбаясь. Он уже смазал противни, и начал раскладывать на них толстые кружки теста, опять перестав обращать на нас внимание. Ричард встал, и хотя одна рука у него была прибинтована к телу, я вдруг заметила, как он высок, как широки его плечи. Он из тех, про кого не замечаешь, насколько он огромен, пока он не разозлится. — Нет, не его. Это даже не Микин дом, он твой. — Они живут вместе со мной, Ричард. Он встряхнул головой, тут же сморщился и издал какой-то звук — не рычание, просто раздражённый звук. — Мика — Нимир-Радж, и у вас та же реакция друг на друга, что была у Райны с Маркусом. Немедленное слияние, но Маркус не переезжал жить к Райне. Они не могли не тянуться друг к другу, но Райна виделась и с другими. Они не были парой — в этом смысле. — Для Райны моногамия оставалась непонятным иностранным словом. Доктор Лилиан и Фредо шли к двери. Лилиан на ходу подхватила Клер под руку и увела с собой. Ричард даже не заметил. — Уж ты-то молчала бы про моногамию! — Ричард, ты мне заглянул в голову, но и я в твою тоже. Я не со всеми сплю, с кем ты думал, но ты — почти со всеми, кто согласен. — Я ищу новую лупу. — Чушь собачья. Руки Мики, обнимающие меня, слегка напряглись. Щекой он прильнул к моему лицу, но ничего не сказал. Знал, что лучше не надо. — Ты всегда шляешься с кем попало, когда мы не встречаемся, — сказала я. — Я хотя бы ждал, пока мы перестанем встречаться. А ты всегда умела с кем-нибудь потрахаться, когда мы ещё вместе были. Я стала отодвигаться от Мики, но он слегка напряг руки. И был прав. Я могла сорваться и перевести это все на физический уровень, что было бы неразумно. Очень хотелось закатить сейчас Ричарду пощёчину. Я осталась на месте, но уже не спокойно. — С этим не могу спорить. — Я не про Жан-Клода, — сказал он. — Ты уже со мной порвал, когда я первый раз была с Микой. Он тряхнул головой и застонал — наполовину от боли, наполовину от злости, наверное. — Когда я успокоился, я мог простить тебя насчёт Мики. Я видел, как это было у Райны с Маркусом. Но ты его сюда впустила жить. Даже это я бы пережил, или попытался пережить, но я думал, ты имеешься с Натэниелом. Я думал, что ты с ним трахалась, ещё не порвав со мной. — Прежде всего, это ты со мной порвал, Ричард. — Я так разозлилась, что меня лучше было не держать. — Мика, отпусти меня. — Анита… — Отпусти, я постараюсь не делать глупостей. Он вздохнул, но руки опустил. Я отошла чуть-чуть, чтобы только не прижиматься к его телу. — Как я сказала, ты со мной порвал, Ричард, а не я с тобой. Ты со мной порвал, потому что — цитирую: ты не хотел любить человека, которому среди монстров уютнее, чем тебе. Конец цитаты. Он, кажется, действительно смутился. — Это было несправедливо с моей стороны, и я об этом сожалею. Наконец-то он довёл меня до желания как следует поссориться, и тут же просит прощения — что же это за ссора? — О чем сожалеешь: что ты это сказал, или что ты так считаешь? — Анита, я бы действительно хотел, чтобы это мы обсуждали только вдвоём. |
