— Возьмите «орла», чтобы сообщить мне об успехе операции, — распорядился граф.

Они двигались три дня, не встречая на пути ничего, кроме заброшенных полей и разрушенных ферм. Лагерь отряд разбил за утесом, господствовавшим над западным судоходным рукавом реки Везер. Восточный рукав, отделенный от западного узким скалистым островом, был слишком мелок и переходил в болото, постепенно сливающееся с морским побережьем.

Рабочие и ремесленники из Отуна сразу взялись за работу, споро повалили несколько деревьев и начали сооружать два метательных механизма, которые древние дарийцы называли баллистами. Одновременно они строили небольшую катапульту, для которой ошкурили ствол молодого крепкого дерева.

Работа шла быстро. Пока Лиат вместе с конниками проверяла окрестности, не найдя ничего, кроме нескольких сожженных деревень, заросших полей да заброшенного развалившегося древнего форта, охранявшего реку в прелате времена, осадные машины уже приобрели боевой вид.

Весь следующий день механики оснащали и настраивали машины. Те постепенно одевались оснасткой, а работники из-за наступившей жары почти совсем разделись. Между тем сержант Фелл с несколькими ветеранами, имевшими опыт сражений с Эйка на севером побережье Варре, обследовали берег реки во время отлива. При отливе в устье реки проявились выглаженные течением мели и островки водорослей в более глубоких местах.

Когда стемнело, во время отлива, при лунном свете началась работа в устье. Рабочие и солдаты поволокли по обнажившемуся песку и камням заостренные с одного конца бревна. За день солнце так прогрело воздух, что даже ночью Лиат была только благодарна воде, охлаждавшей кожу при пересечении главного рукава. Под ногами перекатывались выглаженные водой камешки. Ома ощущала соленый запах моря. Вода, несущая в море ил и глину, омывая ноги, текла мимо, напевая о своем дальнем пути с южных гор. За бедро зацепилась и проплыла дальше ветка.

Отлив позволил укрепить в дне заграждение из заостренных бревен, хотя быстрое течение и затрудняло работу. Как частокол против атаки кавалерии, эти бревна должны были располагаться на строго определенном расстоянии друг от друга и под определенным углом. При отливе концы бревен выступали над водой, а скрытые приливом, они должны были цепляться за днища ладей Эйка.

— Сюда, друг, — окликнула Лиат женщина-работница. Она шагнула вперед и погрузилась в воду по пояс. Сильное течение потянуло ее в сторону моря. Солдат увидел, как Лиат борется с течением, и протянул руку. Вместе они добрались до закрепленного цепью плота. Они помогли пяти работникам установить в воде бревно толщиной с талию Лиат. Бревно забивали в дно и укрепляли добавочными противовесами и упорами, которыми служили большие камни, частью доставленные с берега, а частью найденные тут же, в русле. Камни сваливали грудой, и вскоре Лиат, взобравшись на эту кучу, уже могла дотянуться до верхушки бревна.

Стоя у бревна, Лиат окинула взглядом освещенный лунным светом пейзаж. Вода загадочно поблескивала, отражая свет луны и звезд, многие из которых потускнели в ярком лунном свете, но, взглянув прямо вверх, она сразу смогла разглядеть три драгоценных камня летнего неба: бриллиант, сапфир и цитрин. Небесная Река, в отличие от омывавшей ее осязаемой земной реки, казалась лишь дымкой. В безлунную ночь она ярким поясом пересекла бы зенит, падая в кольца Змеи на юге. На востоке распахнул свои крылья Орел, рядом — Кающийся Грешник. На западе садился Дракон. Она закрыла глаза. Водный поток, как печаль, затягивал снизу.

— Выдержит! — бодро гаркнул над ухом сержант Фелл, вернув ее на землю. Он пришел проверить работу. — Пошли дальше, у нас много дел. Еще есть время до начала прилива.

К утру, когда потоки воды, сталкиваясь, начали образовывать опасные водовороты, они перекрыли уже весь рукав, кроме самых глубоких его мест, где загнать сваи в дно было невозможно.