Взглянув на испуганное лицо девушки, Росвита опомнилась. Она вернула книгу, но тут же, увидев, как Лиат поспешно прячет ее в складках своего плаща, пожалела о своем великодушии: Росвита не успела прочитать название. Что это за книга, откуда она у нее? Но Росвита была слишком умна, чтобы идти напролом.

— Я не перестаю удивляться, где вы могли научиться так хорошо читать по-дарийски. Вы обучались при церкви?

Девушка молчала, ее красивый рот упрямо сжался. Усилием воли она придала своему лицу спокойное выражение. Но священница уже догадалась, что эта молодая особа более всего хотела бы остаться незамеченной, хотя непонятно, как это возможно с такой внешностью.

— Меня учил отец, — наконец ответила Лиат.

— Вы упоминали о нем у королевы Матильды, не так ли? Он был членом Церкви?

Лиат пожала плечами, не желая отвечать.

— Может быть, он оставил Церковь после вашего рождения? — предположила Росвита, стараясь подпустить в голос сочувственные нотки. — А родственники у вас есть? Вы их знаете?

— Мне говорили, что у него были двоюродные братья в Бодфельде. Но они порвали с ним отношения после… — Она замолчала.

Росвита почувствовала, в чем слабость девушки: начав, она забывала остановиться.

— После того как он признал вас своим ребенком? Или он уже оставил Церковь?

— Я не знаю, — резко ответила Лиат.

— Извините. Моя мать настоятельница часто упрекает меня в непростительном любопытстве. — Росвита улыбнулась. Лиат готова была ответить тем же, но сдержалась. Ее ярко-синие глаза, напоминающие сапфиры, резко выделялись на смуглом лице. — А ваша мать?

— Она давно умерла. Очень давно.

— И Вулфер взял вас в ученицы. Вы знали его раньше?

— Нет, не знала. — Она нетерпеливо тряхнула головой. — Он взял меня в «орлы». Он спас меня от… — Она вздрогнула и крепче прижала к себе книгу.

Владычица над нами! А не украла ли она книгу из монастырской библиотеки Кведлинхейма? Наступило время для прямого вопроса.

— Что это за книга?

Никогда еще Росвита не видела такого испуганного и неуверенного выражения лица. Украла? Что делать — немедленно добиться торжества справедливости или быть милосердной и дать ей сознаться в свое время?

— Мне оставил ее отец, — выдавила наконец девушка. — Это единственное, что у меня от него осталось.

Раздался раскат грома. Начался ливень. Шквал мыслей обрушился на Росвиту, подобно каплям дождя. Старый брат Фиделис и его наследие, «Житие святой Радегунды», оставленное ей. Его последнее, шепотом, упоминание о Семи Спящих, о дэймонах, о других существах, которых он опасался; таинственное исчезновение сына Виллама, Бертольда, и его шестерых товарищей в холмах за Херефордом; ее «История», которую надо успеть закончить до смерти старой королевы. Наконец, книга этой девицы.

Книга. Внезапно Росвита поняла, что ей необходимо заглянуть в эту книгу.

Сверкнула молния, раздался удар грома. Девушка заговорила:

— Вы умеете читать по-аретузски?

Росвита подняла бровь:

— Да, умею. Меня учила сама королева София. — (Лиат не ответила.) Священница сделала еще одну попытку: — Хотите учиться аретузскому? Ваш дарийский очень хорош.

Лиат прикусила губу. Искушение было велико. Искушение. В этом Росвита знала толк. Она знала, как этим изъяном воспользоваться, хотя грешно это, ох как грешно!

— Я могу научить вас аретузскому. Я видела, как вы читали на Джинна. Кажется, что-то по астрономии.