Но самое страшное было ещё впереди.

Лапочка…

У Счастливчика свело живот, тошнота подкатила к горлу. Рёбра Лапочки угрожающе выпирали из-под редкой свалявшейся шерсти, а её прекрасные длинные лапы стали тонкими, как прутья. Вдоль её бедра тянулась рваная кровавая рана, заходя на бок.

С подбородка Кинжала капала кровь.

Ярость ослепила Счастливчика.

«Не смейте к ней прикасаться!» – завыл он, но его никто не слышал.

Он хотел броситься к Лапочке, защитить её, загородить собой, однако его лапы словно приросли к земле… Но разве он стоит на земле? Почему тогда под лапами так хлюпает?

Опустив глаза, Счастливчик увидел повсюду струящуюся кровь. Что это? Откуда? Свирепые псы рвали и кусали его друзей, подгоняя их идти быстрее. Они приближались к огромной куче тёмной шерсти размером с клетку-гремелку – нет, ещё больше, гораздо больше… Эта куча была размером с весь лагерь Дикой стаи, ныне погребённый под обломками скал. Теперь Счастливчик видел, что кровь хлещет прямо из кучи, ручьями стекает по её склонам, потоками разливается по улицам и хлюпает под лапами.

Сталь подбежала к куче, вскочила на неё и забралась на самую вершину. Она стояла высоко над стаей, над городом – над всем миром. Огонь и кровь бушевали вокруг неё. Но на чём же она стояла? Неужели это…

Счастливчик зажмурился, ослеплённый страшной догадкой.

Перед ним была сама Собака-Земля!

Сталь покорила её.

Счастливчик отвёл глаза и вдруг очутился в уже знакомой клетке в чреве Западни. Он до боли вжимался носом в прутья сетчатой двери, прислушиваясь к сонному дыханию остальных собак.

В Западне было тихо и спокойно, но воздух уже начал зловеще подрагивать, будто в предчувствии беды… Что-то надвигалось. Что-то вот-вот придёт…

Счастливчик заскрёб когтями по двери, потом отпрянул и огляделся по сторонам. Почему он снова и снова возвращается сюда? Что это означает?

В проходе между клетками появился Альфи. Он стоял и молча смотрел на Счастливчика своими грустными понимающими глазами.

«Всё правильно. Ты знаешь, что делать».

Счастливчик бросился к двери.

«Нет! Я ничего не понимаю! Объясни мне!»

Его отчаянный лай разбудил других собак. Западня ожила, наполнилась лаем, визгом, воем. И тут земля вздрогнула и накренилась.

«Альфи, почему ты молчишь, Альфи? – завыл Счастливчик. – Почему ты не хочешь мне помочь? Скажи, что я должен сделать?»

Он снова и снова бросался на прутья, ударяясь мордой о решетку, потом упал и закрыл глаза. Когда Счастливчик снова открыл их, Западня сделалась красной. Густая липкая краснота пропитала шерсть Счастливчика, капала с его усов, текла по морде. Она пахла смертью с привкусом пепла и гнилого мяса.

Счастливчик сразу понял, что это такое.

Это была кровь Собаки-Земли.

Счастливчик открыл глаза и уставился в темноту.

«Я жив!»

Солёная вода капала с его лба, текла по носу. Приподняв гудящую голову, Счастливчик упёрся взглядом в низкий потолок. Он находился в тесной норе, в пещерном гроте, расположенном где-то в глубине логова Свирепых псов, в самой толще скалы. Голова у него раскалывалась от боли – видимо, при падении он сильно ударился о камень – но в остальном всё было почти нормально.

Счастливчик с опаской вытянул лапы, пошевелил хвостом – всё цело, ничего не сломано.

Он встал и огляделся. В своде пещеры была трещина, сквозь которую внутрь заглядывала Собака-Луна.

Волна облегчения прокатилась по телу Счастливчика. Он был жив, Собака-Солнце тоже была цела – Свирепые псы не погасили её свет, не прогнали из мира. Счастливчик осёкся и потряс гудящей головой. О чём он только думает?

«Это был просто кошмарный сон! Мало ли, что может присниться после того, как ударишься головой о скалу! Какими бы сильными и страшными не были Свирепые псы, они всего лишь собаки, а значит, не могут тягаться со Всесобаками.