Сам готовить не умел, а взять негде было.

– Каких блинов? – не поняла она.

– Проехали, – махнул он рукой. – Пойду хромого искать.

Макса он нашел на кухне у окна.

– Скоро пойдет снег, а мы его не увидим, – сказал он, обернувшись на шаги.

– Еще один псих, – констатировал Сафа. – В этом городе двое нормальных. Я и памятник первому капитану порта. К тому же я говорю, снег мы увидим. И даже в снежки поиграем.

– В снежки? Правда? – Макс улыбнулся, и лицо его сделалось на удивление детским, именно в этот момент в голову Сафе пришла странная мысль, что Максу в этой истории не выжить, его убьют.

– Что ты думаешь про эту красотку?

Макс пожал плечами и осторожно спросил:

– А ты ее ничего не понуждал делать такого?

– Упаси бог, у меня на нее и не встанет.

– Да я не про то. Ты что-то говорил про тех двоих гаишников, которые к нам приходили. Ты еще хотел их, как это, заказать.

– А, ты в этом смысле. Успокойся, совесть твоя чиста, заказ остался невыполненным.

Там засада спецмоновская была, потом Сека у них танк чуть не подбила и ихнему командиру едва руку не оторвала, так что ничего не получилось.

Он увидел, что говорит это бледнеющему на глазах Максу.

– Так это была не шутка? – спросил он почему-то шепотом.

– Нет, я специально нанял эту тощую представление перед тобой разыгрывать. На самом деле ее второй день как выписали из вендиспансера. А ты что подумал?

– Я думал, это тебя мама подговорила меня морально поддержать. Она сама третьи сутки не спит, все плачет.

Сафа хотел ответить погрубее, как он это мог, но Макс отвернулся, прижал разгоряченный лоб к стеклу и, закрыв глаза, прошептал:

– Неужели этот кошмар закончится? Я возьму с собой свои любимые книги.

– Еды лучше возьми и побольше, девушка знаешь, сколько лопает, – присоветовал более практичный Сафа.

– Я заметил одно странное совпадение. У напавших на нас бандитов были шрамы, похожие на следы хирургических операций, – задумчиво сказал Неволин.

– Дело врачей, – поддержал Шорохов. – Тут действует целая банда. Никогда не доверял докторишкам.

– В этом я могу с тобой согласиться. У врачей отсутствует психологический барьер перед ценностью человеческой жизни.

– Обычному человеку, чтобы кого-то замочить, надо сделать над собой усилие, а будущих врачей насколько я знаю, сразу ведут в морг. У них от этого и крыша едет.

– Руки можете опустить! – милостиво разрешил капитан Менгель.

Напарники, стоящие на палубе "Александра Люфтвангера" под прицелом спецназовцев из "Ужаса ГАИ", выполнили команду и потерли затекшие руки.

– Что здесь произошло? – вкрадчиво поинтересовался Менгель.

– Не знаем. Мы здесь не при чем, – ответили напарники вразнобой.

– Еще бы вы ответили по-другому, – Кощей с сомнением оглядел свежих покойников. – Вы хоть не станете утверждать, что ничего не слышали?

– Не станем, – взял на себя инициативу Неволин. – Но когда все это началось, мы забились под самую нижнюю полку и затихарились.

– Почему у майора ранение?

– Полки не бронированные, – буркнул Шорохов. – Не мешало бы первую помощь оказать, кстати. У меня еще с прошлого раза ребра не зажили.

– Меньше будете триклозан жрать! – авторитетно заявил Кощей. – Я уж постараюсь, чтобы вас оградить от пагубного влияния свободы.