|
– Это что, тест? Или что? – спросила Стиви, уклоняясь от ответа.
– «Или что», – засмеялся Самсон. – Однако, как видишь, сейчас ты мне сказала очень важную правду о себе.
– А именно? – спросила Стиви, озабоченная, чем же она могла себя выдать.
– Теперь мое дело знать, а твое выведывать, пропел он, дразня ее. Потом схватил ее за руку и потащил еще в один угол обширного этажа. Схватив «Полароид», он направил его на Стиви и сделал два снимка.
– Я их назову «до того», – сказал он, – но думаю, что «после» окажутся намного интересней.
Прежде чем Стиви успела спросить, что он имеет в виду, Самсон вовлек ее в новую ситуацию подвел к торговому автомату с жевательной резинкой, автомат выдавал ее крошечными порциями.
– Найдется у тебя пять центов?
Стиви помотала головой, разочарованная. Но Самсон просто открыл крышку автомата и пошарил рукой внутри.
– Вот в чем состоит удовольствие быть главным, – прокомментировал он. – Я могу делать все, что хочу. – Он вытащил небольшое кольцо из желтого металла с красным камешком. – Вот, – сказал он, надевая его на розовый пальчик Стиви. – Я называю это кольцо дружбы, от меня тебе. Носи его всегда. Обещаешь?
– Обещаю, – ответила она совершенно искренне.
– Теперь, – сказал он как можно торжественней, словно отправляясь в океанское плаванье, – мне придется тебя покинуть.
– А мне нельзя пойти тоже? – Стиви захотелось еще сильнее, чем раньше, подольше побыть в восхитительном убежище Самсона Лава, в его веселой, игровой атмосфере.
– Не сегодня, милая Стиви, – мягко сказал он. – Адьё. – Он приложил ладонь к губам, послал ей воздушный поцелуй. Через миг он удалился. Точно так же, подумала Стиви, как Питер Пен улетел в страну Никогда.
Плеча Стиви коснулась чья-то рука, и она вздрогнула. Это оказался Пол Максвелл, впустивший их в Забегаловку.
– Получила удовольствие? – поинтересовался он. Может, Самсон прислал его проверить? Удовольствие… Самсон сказал, что это самая важная вещь…
– Да, спасибо… больше, чем когда-либо.
– Ты кажешься очень юной. А твои родители знают, что ты здесь?
Отвечать Стиви совершенно не хотелось, и она пропустила вопрос мимо ушей, отвернувшись и направившись прочь.
Максвелл схватил ее за руку.
– На твоем месте я бы ушел прямо сейчас и никогда бы не возвращался, – сказал он отрывисто, словно услышал от нее что-то такое, что сильно его разозлило.
– Ну, вы – это не я, – огрызнулась она, – а кроме того, вы ни черта обо мне не знаете!
– О, но буду знать, – ответил он с таким самодовольством, что Стиви захотелось ударить его по щеке. – Останешься на этой площадке – и я буду знать о тебе все. Ты просто спроси свою подругу Пип… если она действительно твоя подруга.
Затем он ушел, а Стиви стала дико оглядываться вокруг, чувствуя себя немного заблудившейся. Тут-то и материализовалась Пип. Она заметила, что Стиви расстроена.
– Что-то случилось?
– Тот мужик – он противный, – убежденно ответила Стиви.
Пол безобидный. Самая плохая вещь, которую он делает, это проматывает свое наследство. Его проблема в том, что он хочет быть Самсоном, вот и все…
– Мне наплевать, – отрезала Стиви. – Я просто не хочу, чтобы он… все испортил. |