От этих его слов в груди у нее защемило, и почему-то вдруг захотелось расплакаться. Заставив себя улыбнуться.

Шарлотта прошептала:

— Тогда приказываю: не двигайся и позволь мне делать то, что я захочу.

Филипп снова засмеялся.

— С удовольствием подчиняюсь. — Он закинул руки за голову и тихо прошептал: — Шарлотта, любимая…

Она почувствовала, что сердце ее забилось быстрее. Ей очень хотелось прикоснуться к Филиппу — и в то же время хотелось просто им любоваться. В мерцающем пламени камина его обнаженное мускулистое тело казалось необычайно соблазнительным. Глаза же его пылали…

— Любимая, что же ты не соблазняешь меня? — спросил он с улыбкой, — Я жду с нетерпением…

И в тот же миг Шарлотта снова над ним склонилась. Немного помедлив, она легонько прикусила мочку его уха и тут же почувствовала, как мускулы его напряглись. Она провела ладонью по его щеке, затем принялась поглаживать плечи, грудь и бедра. Было очевидно, что ее ласки доставляли Филиппу удовольствие, однако он по-прежнему сдерживался. Чуть приподнявшись, Шарлотта заглянула ему в глаза, затем, легонько поглаживая плечи, стала покрывать поцелуями все его тело — от шеи до живота. Почувствовав, как он вздрогнул, она мысленно улыбнулась — все-таки ему не удавалось полностью собой владеть. Да-да, не удавалось! Теперь грудь его все чаще вздымалась, и казалось даже, что он стал дышать часто-часто — Как будто задыхался.

«Да-да, удалось!..» — мысленно ликовала Шарлотта; в эти мгновения она чувствовала свою власть над мужем, и ей даже казалось, что она способна заставить его стонать от страсти и желания. Да, она заставит его стонать! Она непременно этого добьется!

Собравшись с духом, Шарлотта провела ладонью по животу мужа и тут же, как бы случайно, задела пальцами его возбужденную плоть, горячую и твердую. В следующую секунду она замерла, затем подняла голову и взглянула на Филиппа. Он пристально смотрел на нее, глаза его все так же сверкали, а ноздри теперь раздувались при каждом вздохе. Но все-таки он не застонал, сдерживался…

«Ну почему он такой?!» — мысленно воскликнула Шарлотта. Ох, как же ей хотелось довести его до исступления, услышать его стоны и крики, почувствовать, как он вздрагивает от ее прикосновений…

Тут Филипп вдруг начал приподниматься. Потянувшись к ее руке, он отрывисто проговорил:

— Полагаю, что я уже вполне соблазнен.

— Нет! — Шарлотта решительно покачала головой. И тут же, обхватив пальцами его возбужденную плоть, шепотом добавила: — Еще недостаточно.

— О Боже!.. — прохрипел Филипп, почувствовав, как губы жены коснулись его твердого подрагивающего ствола.

Содрогнувшись всем телом, Филипп сжал кулаки и стиснул зубы, с трудом удерживаясь от стона. Наслаждение казалось невыносимым, и вскоре он почувствовал, что больше не может сдерживаться. Мысленно воззвав к Богу, сатане и всем святым, которых только смог припомнить, он громко застонал и, выкрикнув имя жены и резко приподнявшись, уложил ее на спину. В следующее мгновение он уже лежал на ней, покрывая поцелуями ее плечи и груди. И теперь уже Шарлотта громко стонала и раз за разом выкрикивала его имя.

— Филипп, Филипп, пожалуйста!.. — Она обхватила его ногами и впилась ногтями ему в спину, — О, Филипп!..

Приподняв голову, он заглянул ей в лицо. Глаза ее были закрыты, а голова металась по ковру из стороны в сторону.

— Филипп, быстрее! — снова закричала она — Умоляю!..

Он поцеловал ее в губы и хриплым шепотом проговорил:

— Любимая, открой глаза. Посмотри на меня.