– Не единственный? – Инес недоверчиво посмотрела на подругу по несчастью. – А ты откуда знаешь?

– Да уж знаю…

Надежда Николаевна прошла вдоль стеллажей с вином, пока не уперлась в сколоченную из толстых дубовых досок дверь, и толкнула эту дверь плечом, однако та не поддалась.

– Да нет тут выхода! – разочарованно проговорила Инес. – За этой дверью свалено всякое старье, ненужные вещи, принесенные из особняка…

– Не болтай лишнего, лучше помоги открыть! Она разбухла от сырости!

Инес пожала плечами, но спорить не стала и вместе с Надеждой навалилась на дверь.

Дверь поддалась их совместным усилиям и со скрипом открылась.

Женщины оказались в следующем подвале, поменьше винного погреба. Здесь и правда были свалены старые стулья, сломанные кресла, диваны с продранной обивкой и прочие предметы обстановки, убранные из графского особняка.

– Я же говорила, что здесь – кладовая для всякого старья, – разочарованно проговорила Инес. – Выхода здесь нет. Зря только время потратили.

– Не спеши с заключениями!

Надежда направилась в дальний угол подвала, где возле самой стены стояла старинная карета в облезлой позолоте, с гербами графов Костровых на дверцах, но без колес.

– Ну да, карета… – проворчала Инес. – Какая от нее польза…

– Очень большая! – отрезала Надежда Николаевна и влезла внутрь. – Ну, давай же, полезай за мной!

Инес неохотно забралась в карету.

Надежда открыла заднюю дверцу, за которой обнаружилась уходящая к отверстию в потолке железная лесенка, и принялась подниматься, проговорив:

– Вот тебе и путь к свободе!

На этот раз Инес не пришлось уговаривать – она шустро полезла вслед за Надеждой, при этом не переставая бубнить:

– И откуда ты все здесь знаешь? Я и то не знала про этот выход. А ты откуда-то про него узнала…

Надежда не удостоила ее ответом.

Через несколько минут обе женщины оказались в небольшом полутемном помещении, где едва можно было разогнуться и где сильно пахло остывшей золой.

– И где это мы? – осведомилась Инес.

– В камине.

Они двинулись вперед и действительно вылезли из камина, оказавшись в небольшой полутемной комнате без окон и с единственной дверью – той самой, куда в свое время привела Надежду странная старушка Леокадия.

– Откуда ты знаешь здесь все ходы и выходы? – ревниво осведомилась Инес.

– Так уж получилось! – скромно ответила Надежда Николаевна.

Инес подошла к двери, подергала ручку и сообщила:

– Заперто!

– Ну, это небольшая проблема!

Надежда громко постучала и, не дождавшись ответа, крикнула:

– Зухра, открой, пожалуйста!

За дверью послышались шаги и недовольный голос с восточным акцентом:

– Кто это там?

– Зухра, открой, пожалуйста! Я подруга Леокадии!

– Подруга? – удивленно переспросила уборщица. – А что ты там делаешь, подруга?

– Ну, открой, пожалуйста, я тебе потом все объясню…

Зухра недовольно что-то проворчала, но вскоре женщины услышали, как заскрипел замок.

– Спасибо тебе, спасибо! – Инес неожиданно обняла Надежду, жарко дыша ей в ухо. – Ты меня очень выручила, просто спасла!

«Да что я сделала-то?» – удивилась Надежда Николаевна.

В эту минуту дверь открылась. На пороге появилась Зухра и, оглядев пленниц, первым делом спросила:

– А Леокадия где?

– Леокадия раньше ушла.