— Вы очень привязаны к Пирсу, правда? — Николь безуспешно пыталась пригладить вихры Томми. Через пятнадцать минут они должны предстать перед гостями. Николь с трудом уговорила его, что надо выглядеть как можно лучше.

— Как же мне не быть привязанной? Я знала его еще мальчиком. Следила за домом его родителей в Аризоне, пока он не ушел в отставку. Потом была первой в списке, когда ему понадобился человек, чтобы управлять этим домом. Но я не надеюсь остаться здесь, когда переедет леди. У нас разные вкусы. — Жанет критически посмотрела на простую белую блузку и юбку Николь. — Если говорить о вкусах, надеюсь, вы не собираетесь вот так спуститься к гостям?

— А чем это плохо?

— Похоже на униформу. Не хватает только белых чулок и туфель.

Николь удивило такое откровенное неодобрение ее костюма.

— Хорошо, — беззаботно согласилась она. — Могу надеть белые чулки и туфли, если вы думаете, что они улучшат картину.

— Кого вы пытаетесь одурачить, Николь? Страх, что обман раскрылся, фактически так и не прошел. Вопрос Жанет снова обострил его. Пульс запрыгал от вспыхнувшей тревоги.

— Что вы имеете в виду?

— Вы хорошенькая женщина, Николь. И слишком сообразительная, чтобы этого не знать и не замечать командора. Я вижу, как он наблюдает за вами. И как вы украдкой смотрите на него, думая, что он не замечает.

— Ох, глупости.

— Идем дальше, — непреклонно продолжала Жанет. — В вас есть мягкость, если хотите, женственность. То, чего у Луизы Трент никогда не будет, как бы она ни старалась.

— Она процветающая деловая женщина. Вряд ли ей приходит в голову учить другую роль.

— Она слишком агрессивная. Ох, конечно, она знает, как заключать сделки с недвижимостью. И прекрасно умеет нажать, когда идет продажа. Но вы женщина такого склада, на каких мужчины типа Пирса Уорнера женятся. Так зачем же вы стараетесь сделать себя незаметной? Почему боитесь показать себя в лучшем свете?

— Я всего лишь оплачиваемая служащая, Жанет.

— Вздор! Женщина моего возраста еще может поверить в такую чепуху. Но вы, современные штучки, все знаете. Оставьте Томми со мной, пойдите и наденьте что-нибудь, привлекающее глаз. Заставьте эту особу, Трент, побегать за собственные деньга.

— Нет, — возразила Николь. — Не думаю, что Пирс одобрит, если я вроде как начну проталкиваться в светское общество, к которому явно не принадлежу.

— Он не одобрит, если вы появитесь в таком виде, будто он вам очень мало платит. Поэтому, мол, у вас и нет ничего, кроме простой старой ситцевой юбки и блузки.

— У меня нет…

— Перестаньте. Я занимаюсь стиркой и заглядывала в ваш шкаф. У вас много красивых вещей. — Жанет посадила Томми на колени и кивнула в сторону комнаты Николь. — Идите. Покажите командору, что он просмотрел.

То ли зашевелилось тщеславие, то ли истинная Николь Беннет, так надолго запертая в глубине, решила хоть на минуту воспользоваться свободой. Какая бы ни была причина, Николь пошла в свои комнаты и принялась перебирать платья, висевшие в шкафу.

Осторожно, напомнил ей тихий голос. Как бы это не обернулось против тебя. Эффектный вид может вызвать подозрения. Забудь о шелках от известного мастера, об итальянском вечернем платье, о блестках и бисере. Они стоят денег, каких у няни не может быть.

Николь выбрала простое летнее кремовое платье, перетянутое в талии широким атласным поясом. Сапфировые серьги бабушки добавят цветовой контраст. Николь надела нитку жемчуга, подарок родителей к окончанию школы.

— Очаровательно. — Жанет с Томми на буксире, не приглашенная, появилась на пороге.