Слейд последовал инструкциям и выполнил медленный поворот. Убедившись, что компьютер показывает обратный курс, он снова включил автопилот и поудобнее устроился в кресле.

Как и многие другие мужчины, вынужденные долгое время проводить в одиночестве, он начал представлять себе внешность говорившей. Ходили слухи, что ей было шестьдесят лет, она бабушка двенадцати внуков и весит триста фунтов, но ни один пилот с мало-мальски развитым воображением не допускал, что это правда. Ее образ не мог быть таким приземленным. Она обязана была выглядеть как Сигурни Уивер. А может быть, это действительно была Сигурни Уивер... Слейд решил по прибытии домой непременно разгадать эту интригующую тайну.

Затем он снова проверил показания приборов и расслабился. Покрытая льдом и снегом земля быстро удалялась. Когда же самолет снова оказался над морем, Слейд вернулся к электронной игре.

Он не видел смысла смотреть вниз, тем более что после Тьерра-дель-Фуэго землю скрыло одеяло угольно-черных облаков. Он и так знал, что пролетает над областью постоянных ветров, снега и дождей.

Слейд был признателен облакам за то, что они лишили его возможности разглядывать монотонный пейзаж. Эту миссию он доверил инфракрасным камерам. Они должны были проникнуть сквозь облачность и запечатлеть унылую картину.

Капитан Коллинз смотрел в лицо Аммара, вернее, на его маску и был вынужден сделать над собой определенное усилие, чтобы не отвести взгляд. В глазах лидера террористов было что-то дьявольское, больше роднившее его с обитателями преисподней, чем с нормальными людьми.

– Я требую ответа, – заявил капитан Коллинз, – когда вы намерены освободить мое судно.

Аммар поставил чашку на блюдце, промокнул губы салфеткой и светским тоном предложил:

– Чашечку чаю?

– Нет, – спокойно ответил Коллинз, – если вы не дадите чаю моим пассажирам и команде. – Он стоял перед террористом очень прямо, одетый все в ту же белую форму. Он настолько замерз, что не мог скрыть крупную дрожь, сотрясавшую его тело.

– Такого ответа я и ожидал, – удовлетворенно сообщил Аммар и перевернул свою чашку вверх дном. – Должно быть, вам будет приятно услышать, что мои люди и я планируем покинуть вас завтра вечером. Если дадите слово, что не будет никаких глупых попыток захватить судно или сбежать на расположенный неподалеку берег до нашего ухода, никто не пострадает и вы сможете снова принять командование.

– Вы должны немедленно обогреть судно и накормить людей. У нас нет теплой одежды и одеял, поэтому мы не можем бороться с холодом. Мы не ели уже много дней. Трубы замерзли, и люди страдают от жажды. Кроме того, возникли проблемы с канализацией.

– Что ж, – философски заметил Аммар, – страдания очищают душу.

– Что за чушь!

– Ну если вы так считаете... – пожал плечами Аммар.

– Боже мой, вы же человек! Неужели вам безразлично, что на судне мучаются и умирают люди!

– Я сомневаюсь, – сухо сказал Аммар, – что до нашего отъезда кто-то из пассажиров или команды умрет от голода или переохлаждения. Людям придется потерпеть всего лишь тридцать часов, после чего вы сможете запустить двигатели и обогреть судно.

– Все это может уже не понадобиться, если стена ледника обрушится.

– Она выглядит достаточно прочной.

– Вы просто не понимаете опасности. Ледяная плита может обрушиться в любой момент. Ее вес расплющит «Леди Флэмборо», как рухнувшее десятиэтажное здание раздавит стоящий рядом автомобиль. Вы должны отвести судно подальше.

– Совсем без риска, к сожалению, не обойтись. Ледяная пленка на пластике растает и выдаст наше местонахождение, а инфракрасные камеры спутника засекут выделяемое тепло.