Изменить размер шрифта - +

- Защита, - пояснил Бультман. - Я понятия не имел, в какой стадии заболевания находятся псы ко дню высадки. Поэтому и предпочел избежать случайных укусов - даже при дружелюбной возне. Хотя... согласно последнему врачебному заключению, особой роли это уже не играло. Времени у меня оставалось в обрез, герр Хелм.

Лицо Бультмана еще больше осунулось, морщин стало еще больше... Доконали немца, конечно, осколки и пули, полученные во время недавнего налета, но и старые боевые раны вовсе не пошли на пользу.

- Вы что, пригнали корыто в одиночку? - полюбопытствовал я.

- Корыто?.. А-а, корабль... Нет, безусловно. Экипаж, по предварительному уговору, сошел на берег загодя и бежал в глубь острова. С больными собаками они связываться не желали. Выгрузку я проводил самостоятельно. Потом услыхал, как приближаются истребители, но в отсеке оставалось еще десятка два животных... Не захотел бросать их взаперти. Вот и получил...

Бультман скривился и развел руками. Правая двигалась медленно и тяжело. Немец коротко, отрывисто хохотнул.

- У каждого есть маленькая простительная слабость, верно, друг мой?

Продолжая разглядывать Бультмана сверху вниз, я понял: у Фрица действительно было секретное оружие. Набитый собаками транспорт, которому расчистили путь ничего не подозревавшие молодцы из Карибского Освободительного Легиона.

- А чего же вы ждали? - оскалился немец. - Что я доставлю полный корабль танков и примусь помогать остолопам, льющим свою паршивую патриотическую кровь за двадцать миль отсюда? Провались они!

- Совершенно с вами согласен. Однако, неужели стоило пускаться на такое ради...

Бультман тяжко вздохнул и помотал головой, раздраженный моей тупостью.

- Стоило. Народ Гобернадора не пожелал принять мою здоровую собаку; таможенники расстреляли ее на моих глазах. Пускай примут ровно тысячу бешеных псов! Бедняги, разумеется, долго не выдержат: инкубационный период продолжается десять дней, а потом они быстро гибнут - но ветеринары заверили, что собаки успеют непоправимо заразить весь остров. И поделом!

- Бешенство...

- Бешенство, - подтвердил Бультман. - Эндемическое заболевание во многих странах. Мы терпим его в Германии. Вы терпите его в Соединенных Штатах. Пускай и эти мерзавцы научатся жить, учитывая возможность заразиться бешенством! Если не пожелали принять Марлен и определить в положенный карантин - пускай учатся, подлецы.

- Значит, весь так называемый десант был чистейшей диверсией?

Бультман пожал плечами, вздрогнул от боли, скривился:

- И отличной, герр Хелм... У вшивых героев, умеющих лихо взрывать рестораны, битком набитые мирными, славными гражданами, появилась прекрасная возможность помериться силами с равным противником. Теперь уже, кажется, с превосходящим. Пускай и эти подонки научатся воевать, а не просто убивать беззащитных. Пускай увидят, какого цвета их собственная кровь! Пускай кончают самоубийством, или истребляют друг друга, споря, кому предстоит сменить погибшего командира... Все равно их сбросят в море. Но до того мои десантнички отвлекут правительственных солдат, прикуют к себе внимание целого народа и заставят обывателя позабыть о нескольких незнакомых псах. Когда сражение окончится, собачки успеют посеять на острове то, чего он вполне заслуживает...

Новая болезненная судорога заставила Бультмана осечься и заскрежетать зубами. Когда страдание отступило, немец приподнялся, еще более бледный, чем прежде. Облизнув губы, он произнес:

- Окажите последнюю услугу, герр Хелм.

- А с какой стати?

- С той, что подобная услуга в нашем деле - святой вопрос. Не хочу гибнуть от правительственной пули. И от бешенства издохнуть не хочу. В конце концов, за этим вы и прибыли: отыскать меня и прикончить. Пожалуйста, выполните свое задание...

Когда я возвратился к вертолету, пилот окинул меня подозрительным взглядом.

И по дороге назад не обронил ни единого слова, хотя перед этим болтал без умолку.

Быстрый переход
Мы в Instagram