Вот бы сейчас книжку почитать… Ей быстро наскучило сидеть, потеть и прихлопывать комаров плечом об ухо.

Куда, черт возьми, подевался Капитан Сомпорн? И что случилось с Торком?

Сомпорн чувствовал: что-то не так. Он сидел в хижине со стаканом газировки и смотрел Би-би-си: душераздирающий рассказ английской пары о том, что с ними приключилось в джунглях.

Удивительно, думал Сомпорн, они высадили эту парочку у популярного среди туристов бара на пляже Пат-понг на Пхукете, а теперь их история вдруг превратилась в трагический эпос о выживании и торжестве человеческого духа. Почему они не рассказывают, что их всего лишь похитили? Зачем врут?

Очевидно, кто-то власть имущий не хочет, чтобы о похищении болтали. Но почему? Неужели в его план вмешалась политика? Может, тайское правительство боится, что плохие новости отпугнут туристов? Или за этим каким-то образом стоят США? Ничего удивительного: дядя Сэм всю жизнь сует нос не в свое дело. Сомпорн был уверен, что вся эта война с терроризмом стала лишь предлогом, позволяющим Америке захватить мир. Легко можно представить, как похищение туристов становится поводом для политического или военного вмешательства.

Сомпорн чувствовал обиду. Он нисколько не симпатизировал террористам; он сам был обычным преступником и хотел лишь по-быстрому срубить бабла. В терроризме никакой выгоды не было. Он бы не стал тратить время на бомбы, когда вместо этого можно играть в «Пай-гоу», пить виски и ласкать нежную, алебастровую кожу.

Сомпорн осушил стакан и тихо выругался, вдруг догадавшись, почему так долго ничего не слышно от мужа Шейлы. Наверное, правительство США заграбастало рок-музыканта и капает ему на мозги. Может, они и сообщения Сомпорна перехватили?

Нужно действовать тоньше, умнее, решил Капитан. Передать записку Торку Генри лично в руки.

Клайв Маглтон взял Торка за плечо.

— Готовы?

Колени у Торка подгибались, руки дрожали. Хуже, гораздо хуже страха сцены.

— Деваться некуда, правильно?

Клайв кивнул. Мэрибет ободряюще улыбнулась.

— Это не Шейла, я чувствую.

— Как ты можешь это чувствовать?

Девушка пожала плечами.

— Интуиция.

В конце коридора открылась дверь, появились Бен и миниатюрный таец в белом больничном халате; имя было вышито на кармане неразборчивыми тайскими буквами. Бен и врач подошли ближе, звуки шагов по линолеуму отдавались эхом в ярко освещенном коридоре.

Клайв прошептал на ухо Торку:

— Это тот самый, из иммиграции?

Торк кивнул. Подойдя, Бен приветливо протянул руку.

— Мистер Генри, я так рад, что вы сумели приехать!

Торк, не в силах больше сдерживаться, выпалил:

— Это Шейла?

Бен пожал плечами, изо всех сил стараясь изобразить сочувствие.

— Мы надеялись, что вы нам скажете…

Торк хрипло выдавил: «Оʼкей».

Представляя тайца, Бен легко выговорил непроизносимое имя:

— Это доктор Пхатхаратхаананунт.

Доктор улыбнулся, снял очки, протер стекла полой халата, потом протянул руку Торку, сочувственно кивая и улыбаясь.

— Здравствуйте, доктор.

Бен сердито посмотрел на Клайва.

— А ваше лондонское начальство знает, что вы здесь?

Клайв ничуть не смутился, включил свое австралийское обаяние, сверкнул ослепительно белой улыбкой. Даже загар стал как будто более насыщенным и интенсивным.

— Я здесь не по работе.