Торк оставил Мэрибет с Клайвом в пляжном кафе. Австралиец приканчивал третью бутылку белого вина, всячески пытаясь соблазнить Мэрибет. К ее чести, интереса девушка не проявляла. Но Клайв не отступался и все подливал шардонне, надеясь длительной осадой сломить ее морально-этические устои, дожидаясь, пока алкоголь подействует так, что Мэрибет готова будет оседлать хоть гигантский морской огурец.

Торку было смешно. Бедняга Клайв, так старается, и ради чего? Эх, хорошо быть рок-звездой! Спишь себе с кем хочешь, и без всякого труда.

Торк добрел до своего пляжного шале и постоял на крыльце, разглядывая волны. Для равновесия он схватился за перила и покачивался под порывами морского бриза. Домик был совсем новый, построенный взамен прежнего, сорванного с основания и увлеченного в океан внезапным цунами. В нем тогда спали молодожены. Торк покачал головой и пробормотал вполголоса:

— Так и не дотрахались, бедняги.

Он уже готов был поддаться пьяному сочувствию, но потом подумал, что, пожалуй, это не такой уж плохой конец. Каждому хочется умереть во сне, в объятиях любимого человека.

Он толкнул входную дверь и замер на пороге. Вроде ведь запирал, когда уходил? Память затуманило алкоголем, и Торк ни в чем не был уверен, но страх перед неизвестностью затопила настойчивая необходимость облегчиться. Он быстро распахнул дверь, включил свет и бросился в туалет. Рассчитывая испугать вломившихся в дом потенциальных грабителей, Торк жизнерадостно крикнул в глубину дома напевным тоном актеров из комедийных сериалов:

— Дорогая, я вернулся!

Добравшись наконец до ванной комнаты, неуверенно прицелился над унитазом, запутавшись в веревочном поясе штанов.

— Прости, я задержался! У меня была важная встреча!

Вытащил член и выпустил переработанное пиво в унитаз.

— Хочу завтра с Фредом поиграть в боулинг!

В глазах защипали слезы облегчения. Он выдавил последние капли и стряхнул с члена остатки мочи.

— Может, ты с подружками проведешь вечер за бриджем?

Нажал на слив и вернулся в комнату.

И тут заметил белый конверт с собственным именем. Внутри оказалась короткая записка.

Это ваш последний шанс спасти жену. Мы требуем один миллион американских долларов. Даем вам один день собрать деньги, потом снова свяжемся. Не обращайтесь к властям. Мы все видим.

Он перечитал несколько раз, с трудом разбирая скверный почерк. Под воздействием пива некоторые буквы дрожали и расплывались, точно оптическая иллюзия. И все же Торк понял, что означает записка: Шейла жива.

Он потянулся к телефону, но осекся. Клайв запретил звонить из-за возможной прослушки. Действовать следует осторожно.

Торк вывалился из шале на пляж и побежал к ресторану. Нужно показать записку Клайву и Мэрибет.

Когда Сомпорн, явно успокоившийся, вернулся в хижину, Шейла сидела на кровати, завернувшись в полотенце, и пила виски. Сомпорну показалось, что глаза у нее заплаканные.

Она подняла голову.

— Я повела себя неправильно?

Капитан покачал головой, не в силах объяснить свою реакцию. Он ее хотел, очень хотел, правда! И с удовольствием занялся бы с ней сексом… Но он был дисциплинированным, профессиональным преступником. И буддистом. Преступная часть его существа знала, что за похищение по тайским законам полагается лишь короткое тюремное заключение, зато изнасилование считается крупнейшим преступлением и карается смертной казнью.