– Я слышал голоса. Все говорили одновременно, но вместе с тем вполне отчетливо...

– Много голосов? – перебил меня Ладна. Я взглянул на него и тут же снова повернулся к старику.

– Не знаю. По‑моему, это были все голоса Земли, – пролепетал я что‑то невразумительное.

– Только голоса? – спросил Марк Торр, но так тихо, словно про себя.

– А что? – вскинулся я раздраженно. – Или мне полагалось слышать нечто иное, что слышали другие люди?

– Это всегда по‑разному, – раздался голос Ладны, но я не посмотрел в его сторону. Я все еще не сводил своего взора с Марка Торра. – Каждый слышит что‑то свое, – продолжал священник. Я повернулся к нему.

– Что же слышали вы? – вызывающе спросил я.

Преподобный отец улыбнулся и печально произнес:

– Ничего, Там. Абсолютно ничего! Только люди, рожденные на Земле, могут что‑то услышать в Точке Перехода.

– Тогда вы уж наверняка что‑то слышали? – спросил я у девушки, которая сидела рядом со мной.

– Я? Конечно же нет! – просто ответила та. – В Проекте нет и шести человек, которые что‑то слышали!

– Что? – вскричал я. – Нет и шести человек?

– Точнее всего сказать – в Проекте участвует всего пять человек, которые смогли что‑то слышать в Точке Перехода, – печально сказала Лиза. – Марк из них первый! Было еще четыре человека, но один недавно умер и сейчас осталось только три.

Только пять человек за сорок лет!

Я был потрясен. Значит, со мной случилось далеко не заурядное событие. Я, конечно, об этом догадывался, но чтобы всего пять человек были выявлены за эти долгие годы существования Проекта, этого я не ожидал.

Теперь я понял, как важно для служащих Проекта найти хоть одного человека, способного что‑то услышать в Индекс‑комнате.

Марк Торр внимательно посмотрел на меня и вдруг сказал:

– Дайте мне руку!

Я протянул ему свою правую руку, чувствуя, как напряглись мои мышцы.

Старик схватил мою руку и, крепко удерживая в своей ладони, начал пристально всматриваться мне в глаза.

Прошли минуты.

Я был сломлен, не зная, для чего он все это делает. Наконец, старик отпустил мою руку и откинулся на стуле, словно обессилел.

– Ничего, – сказал он немного спустя, повернувшись к Ладне. – Совершенно ничего! Ты полагаешь... что он что‑то смог уловить?

– Очевидно! – улыбнулся священник, спокойно вглядываясь мне в глаза, когда я вслед за Торром повернулся в своем кресле. – Вполне возможно, он что‑то и слышал...

Постепенно его взгляд становился все более неприятным, и мне показалось, что тысячи мелких иголочек начали впиваться в мое тело.

– Марк расстроен тем, Там, что ты услышал только голоса, а должно быть и понимание этих голосов. Ты должен был знать, о чем они говорят, – донесся до меня издалека его голос.

– Что я должен был понять?

– Вот это вы и должны были нам рассказать!

Его взгляд так глубоко проникал в меня, что я почувствовал себя странно неловко, словно сова, подвергающаяся испытанию светом. Меня начало охватывать раздражение против такой бесцеремонности.

– А какое отношение ко всему этому имеете вы? – с вызовом произнес я.

Священник опять улыбнулся.

– Фонды Экзотики оказывают большую финансовую помощь Проекту. Но это не НАШ Проект. Он – ЗЕМНОЙ! Мы только хотим помочь человеку осознать себя Человеком. Тем не менее, между нашей философией и теорией Марка Торра имеются кое‑какие разногласия.

– Разногласия? – удивился я.