– Песок! – сказал он, поднимаясь. – Здесь на земле полно песка.

Дальше деревья стояли реже. Некоторые из них недавно потеряли часть своих веток или вообще все – стволы топорщились в стороны безобразными сучьями или уныло стояли совсем голые, с обломанными вершинами. Некоторые деревья наклонились, упали на другие, или лежали на земле, вывороченные с корнем.

Мы долго пробирались через валежник, обходя сплошные завалы, ощетинившиеся мертвыми ветвями, пока не оказались на относительно чистом месте. Дальше леса не было совсем – только месиво из коряг, камней и красноватого песка, сквозь который кое-где пробивалась трава и побеги кустарника. На той стороне этого огромного жуткого пустыря стояли знакомые джунгли, а посреди него возвышался правильной формы, но словно ненастоящий купол, будто бы слепленный из густого черного тумана.

– Штука высотой метров двадцать, – пробормотал Витя.

– Может, и все двадцать пять, – сказал я.

– Это и есть хоул? – повернулась к Эпштейну Таня.

– Должно быть, – ответил тот. – Но тогда он точно стабильный, как и сказала Инга. Двусторонний. Ведь те односторонние, через которые мы сюда попали, были невидимы.

– Ты что, не знаешь, как выглядят стабильные хоулы?

– Раньше не знал. Теперь знаю.

– А что здесь случилось? – спросила Даша. – Или тоже не знаешь?

– Некоторые предположения у меня есть… – начал Эпштейн.

– Не-ет, ты давай без предположений, – перебила Даша. – Нам сейчас на ту сторону идти. Мы туда пройдем живыми?

Боря начал что-то сбивчиво объяснять, но беспомощно умолк. Инга долго смотрела на темнеющий впереди купол и сказала, что живыми мы пройдем.

– Я пойду первой, – заявила она.

– Нет уж, – ответил Витя. – Помирать – так всем вместе.

– Да не умрет никто.

– Тогда тем более незачем разделяться.

Мы двинулись вперед, и чем ближе подходили к хоулу, тем больше замедляли шаг, пока не остановились перед туманной стеной. Дождь, ливший с хмурого неба с самого утра, неожиданно стал стихать и прекратился совсем. Я внимательно посмотрел на купол, и почувствовал, как мой желудок поехал вниз. Потом он прыгнул вверх. Более-менее плотной и вещественной поверхность хоула казалась только издали. На самом деле у него совсем не было поверхности.

Перед нами было ничто. Не то черное, не то серое, – а может, белое?.. Я не мог бы сказать.

Оно было никакое.

Рядом Даша грохнулась на колени, уперлась руками в песок и ее с шумом вырвало. Не так-то это просто – взять и посмотреть в ничто. Я ее поднял, постарался успокоить и дал попить. Она глянула на меня – испуганно, потеряно и виновато, и вновь уставилась на хоул.

Витя вышел вперед, но Таня тут же потянула его назад.

– Нет, я тебя туда не отпущу! Инга хотела идти – вот и пусть идет! Раз считает, что это безопасно!..

Я попытался отцепить от себя Дашу, но у меня не получилось.

– Вместе!.. – выдохнула она.

– Куда тебе «вместе»? – спросил я. – Ты только что чуть все внутренности на землю не выплюнула.

– Вместе! – упрямо повторила Даша.

Между нами и Ингой встал Кирдык, и так получилось, что мы вчетвером шагнули в хоул одновременно. Нас мягко оттолкнуло назад, как будто мы попытались пройти сквозь стенку воздушного шарика.