Вторая заправка оказалась похожа на первую, однако мы пришли к выводу, что заправлялись здесь не горючим, а водой. И питьевой, и технической. Об этом свидетельствовали интуитивно понятные картинки – разные на разных колонках. Зловещих дыр в земле вокруг не обнаружилось, но оживить колонки мы все равно не смогли.

– Включаются только изнутри, – тяжело вздохнув, сказал Лысый.

– Мудрец! – похвалил его я. – И что делать?

– Попасть внутрь.

– Дважды мудрец. А как?

Мы сердито уставились на здание. Та его часть, что примыкала к водозаправке, сильнее пострадала от обстрелов, чем противоположная. Дыры заливали бетоном. Ломать его было нечем.

– Над этим местом крыша пробита, – сказала Таня. – Внизу видно комнату. Куски потолка прямо вниз свисают – если по ним слезть, то прыгать невысоко.

Я поднялся наверх по ближайшей лестнице, Лысый – следом. Пробой в крыше оказался знатным – на две трети ширины здания. Помещение внизу раньше было автомастерской – в полу темнели смотровые ямы, в углу валялся гаражный кран. Пролом в одной из стен закрывали мешки с песком.

– Бетона им не на все хватало, – обрадовался Лысый. – Здесь и войдем.

Я подошел к краю крыши и сказал нашим, чтоб звали Ингу с Эравом и лезли к нам. Лысый уже спрыгнул в бывшую автомастерскую и осматривал ее. Я спрыгнул тоже, и мы выдернули из пролома один мешок.

– Клали в два ряда, – сообщил мне Лысый на тот случай, если я сам не увидел второй ряд сразу за первым.

– Скажи спасибо, если не в четыре, – сказал я. – В песке у них недостатка не было.

Мы стали вытаскивать мешки, кидая их в ближайшую яму. Когда к нам спустились остальные, в соседнее помещение уже открылась приличная дырка.

– Все же не в четыре, – ухмыльнулся Лысый. – Говорю спасибо!

Витя с Машкой подключились к работе, и через пару минут мы расчистили себе вход. Как только вошли, на потолке зажглись тусклые лампы дежурного освещения.

– Вот это по-настоящему кстати, – одобрил Витя.

Помещение оказалось залом для занятий рукопашным боем. По стенам висели плакаты, на которых в разных вариантах изображалось, как мужественный парень в форме голыми руками выводит из строя одного, двух или даже трех врагов, несмотря на наличие у тех разного рода ударного, колющего, режущего, а то и огнестрельного оружия. Лицо парня, как и у его противников, было нечеловеческим, но отвращения не вызывало. Может, обитатели планеты действительно произошли от теплокровных рептилий. Как бы там ни было, их внешность как нельзя лучше соответствовала и форме, и оружию, и бою.

Как только мы вышли в коридор, свет зажегся уже там, погаснув в спортзале. Дверь напротив вела в маленькую комнатку, почти целиком занятую сдвоенной автоматической пушкой. Ее стволы прицелились сквозь амбразуру наружу, а снарядные ленты уходили вниз сквозь прорези в металлическом полу.

– Зуб даю, в этом домике братьев по разуму под землей расположено гораздо больше, чем над ней, – сказал я.

– Кому нужен твой зуб? – поддела меня Даша. – Поставь что-нибудь стоящее. Но сперва скажи что-то действительно спорное.

– Из стоящего могу поставить только вредную рыжую девчонку. Да жалко проигрывать, ты ж у меня одна. Так что спорных заявлений не будет.

За спортзалом шла столовая с кухней, где из неплотно закрытого крана тоненькой струйкой текла вода. За кухней обнаружился гараж с внедорожником и четырьмя квадроциклами, за гаражом – мастерская для ремонта бронетехники, в которой стоял гусеничный броневик с дыркой в боку, закопченный внутри как старый мангал.