Наступающее утро было ветреным. Ветер ворвался в приоткрытую створку окна вместе с первыми каплями дождя. Под этот грустный и неравномерный стук капель Вика наконец заснула тревожным и неглубоким сном.

Какой-то внутренний толчок заставил ее открыть глаза в тот момент, когда стрелки часов показывали уже половину девятого. Казалось, она забылась сном всего лишь на минуту — а прошло, как выяснилось, почти два часа.

— Черт! — выругалась Вика и вскочила с дивана. Через полчаса ей нужно было быть на работе.

Она пулей влетела в ванную и подставила голову под кран, одновременно выливая на нее остатки шампуня. Через пару минут она уже сушила волосы феном, который сжимала в левой руке и одновременно наносила правой рукой на ресницы тушь. В рекордный срок — двадцать четыре минуты — она собралась и выбежала из квартиры на улицу, почти сразу же сумев остановить такси.

Только в машине она немного успокоилась. Сердце больно кольнуло — в тот самый момент она вспоминала все то, что произошло накануне. За окном мелькали проезжающие мимо автомобили. Все куда-то спешили. Это всеобщее движение показалось Вике бессмысленным. Она удивилась самой себе — еще несколько минут назад она летала по квартире и думала только о том, что опаздывает на работу. Какое значение это может иметь, после того как обрушилась вся жизнь?

По стеклу стекали капли. На улице шел дождь… Вика медленно дотронулась пальцами до волос и почувствовала, что они влажные. Надо же, она даже не заметила дождя.

— Ну и погода, — словно прочитав ее мысли, бросил водитель, — а вчера — какое солнце было!

— Да, — согласилась Вика и повторила как эхо: — вчера было солнце.

Водитель, улыбнувшись, слегка повернул небольшой рычаг на панели автомобильного магнитофона. Молодой приятный мужской голос пел о солнце, море, счастье и любви. Мужчина за рулем заулыбался еще шире и принялся насвистывать мотив, который, вероятно, был ему хорошо знаком. Вика сначала пыталась отмахнуться от навязываемого ей веселья — серое небо и неритмичные звуки падающих капель в то утро намного больше подходили к ее настроению. Ей показалось странным, что простой набор музыкальных фраз, сопровождающихся банальными словами, способен вызвать у кого-то такой прилив эмоций.

— А ты что такая хмурая? — спросил мужчина, поймав ее взгляд в зеркале.

Вика не отвечала. Было бы бессмысленно пытаться рассказать этому человеку все то, что сейчас заставляло ее так мучиться. Да он бы и не понял… Гораздо проще снова забраться в свой панцирь, спрятаться от посторонних глаз, от дождя и от солнца. Пусть не узнав больше радости, но и не помня о разочаровании.

— Не выспалась, наверное! — предположил водитель.

Вика вяло улыбнулась. Ее всегда немного смешили люди, которые вот так запросто могли разговаривать сами с собой, задавать вопросы и тут же отвечать на них, как бы и не ожидая ответов от собеседника.

— Не выспалась, — согласилась она с его предположением просто ради того, чтобы хоть что-то сказать. Она действительно не выспалась. Может быть, поэтому…

Машина резко затормозила. Какой-то парень перебежал дорогу в нескольких сантиметрах от их «жигуленка».

— Черт, жить, что ли, надоело! — гневно прокричал водитель традиционную в таких случаях фразу.

— А такое ведь бывает, — тихо проговорила Вика, сама не ожидая, что станет высказывать свои мысли вслух. На ее счастье, водитель в пылу эмоций ее слов не расслышал и никак на них не прореагировал. Она вздохнула и, отвернувшись к окну, попыталась сосредоточиться на предстоящем рабочем дне.