Вика опустилась на диван, поджала по привычке под себя ноги, а Лера, вернувшись через минуту, уселась возле нее на полу.

— Что мне делать? — повторила она свой вопрос, и Вике наконец пришлось над ним задуматься. Вариантов ответа не возникало абсолютно никаких.

Вика робко предложила один, практически не осуществимый:

— Учи.

— Выучить всю экологию за сутки?! Ты что, издеваешься? Я же не ты, это ты у нас умная!

— Прекрати, — Вика почему-то всегда злилась, когда Лера называла ее «умной», — я ничуть не умнее тебя, у меня просто кругозор шире. Но это дела не меняет. Хочешь, я поговорю с твоим папой?

— Нет! — Лера замотала головой. — Что ты, с ума сошла?! Он ведь понятия не имеет о том, что я из пятнадцати семинаров была только на двух.

— Да, дело серьезное, — озадачилась Вика, — ну хочешь, давай я тебе помогу? Правда, я никогда… Как бы это сказать помягче, не интересовалась этой наукой и весьма приблизительно…

— Я тоже, — радостно перебила ее Лера, — я тоже — весьма приблизительно! Ты… Вика, ты будешь со мной учить экологию?

— Буду, — Вика пожала плечами, — куда же я от тебя денусь, наказание ты мое…

— «Текущие природоохранные затраты классифицируются… классифицируются в соответствии с типовой группировкой по статьям и элементам затрат. К ним относятся затраты на материалы, энергию и топливо, необходимые для осуществления реакций…» — Вика посмотрела на часы и щедро зевнула. — Послушай, Лер, ты вообще хоть что-нибудь запомнила?

— Кое-что, — честно призналась Лера, — совсем немножко.

— Половина третьего. Как ты считаешь, тебя спасет, если мы еще два часа будем сидеть над этой чертовой тетрадкой и выяснять особенности классификации…

Лера потянулась в кровати.

— Может, еще кофе?

— Да нет уж, спасибо, и так сердце словно пламенный мотор. Ладно, давай последний рывок — и спать.

Набрав в легкие побольше воздуха, Вика бодро продолжила декламировать слова, смысл которых казался ей весьма приблизительным.

— «В дальнейшем в рамках этих источников можно выделить специальные фонды и направления их кредитования, связанные с финансированием затрат на природоохранную деятельность…»

Некоторое время она читала, уже и не пытаясь вдуматься в текст, а потом перевела глаза на Леру в надежде устроить ей допрос с пристрастием. Подруга, закрыв глаза, мирно и тихо спала, положив обе ладони под щеку.

— Лерка… — неуверенно прошептала Вика, но та, как и следовало ожидать, ее уже не услышала. Вика собиралась начать возмущаться по поводу того, что вот она тут распинается, а Лерка дрыхнет, как будто бы это и не ей надо, но вместо этого улыбнулась, отложила в сторону надоевшую тетрадь, поправила одеяло, накрыв им Леру до самого подбородка, потушила свет и наконец опустилась на подушку. Лера что-то невнятно пробормотала во сне. Вика провела рукой по ее волосам, прошептала «спи» и, отвернувшись к стенке, тоже закрыла глаза. Тут же в суматошном вихре перед ней закружились буквы из тетрадки. Вика прислушалась к равномерному тиканью часов на стене — монотонные звуки всегда успокаивали. Минут десять она лежала без движения, но, несмотря на усталость и дикое желание спать, уснуть так и не смогла. Это состояние, впрочем, было ей знакомо — элементарное перенапряжение, когда уставший организм до такой степени напрягся, что никак не может наконец расслабиться. Она тихонько, стараясь не потревожить сопящую рядом подругу, перевернулась на другой бок, сунула руку под подушку — и внезапно нащупала что-то жесткое.