— Красивый, — с завистью протянула Вика, внимательно и придирчиво осмотрев фото, — правда?

— Угу, — только и смогла выдавить из себя смущенная Лера, — давай читать письмо!

Письмо, как и в первый раз, было интересным. Кирилл с легкой долей иронии описывал морские будни, отпускал разного рода шутки по поводу предстоящей в мае демобилизации, а в конце буквально засыпал Леру вопросами.

И все же, таинственная незнакомка, хотелось бы узнать о Вас побольше. Чем Вы живете, что Вас тревожит, а что оставляет равнодушной? Но больше всего меня интересует цвет Ваших глаз. Почему-то мне кажется, что они небесно-голубые…

У Леры были карие глаза. Вика прыснула:

— Он, кажется, перепутал тебя со мной. Наверное, почувствовал, что письмо не ты, а я писала.

— Вик, — Лера подошла сзади, обняла подругу за плечи, — какая ты у меня замечательная! Что бы я без тебя делала!

— «И улыбка», — продолжила Вика, — тонкий намек на толстые обстоятельства. Похоже, надо послать твою фотографию.

— Вика, — Лера умоляюще сложила руки на груди, — только не это!

— Только не говори, что вместо твоей фотографии мы отправим мою, — заранее начала протестовать Вика, поправив очки на носу.

— Мы… мы вообще не будем отправлять ему фотографию! Он же сразу догадается, что мне пятнадцать лет!

— Не болтай глупости, ничего он не догадается! — уверенно возразила Вика.

История с фотографией затянулась. Обойдя с десяток ателье, они нашли одно-единственное, где заказ обещали выполнить через двое суток. В остальных срок исполнения заказа варьировался от четырех дней до недели.

— Кошмар, — возмущалась уже почти потерявшая надежду Лера, — не понимаю, у них что, очередь на портреты?! Неужели каждому первому срочно понадобилась цветная фотография десять на пятнадцать?

— Не в этом дело, — Вика относилась к ситуации спокойно и своим спокойствием приводила подругу в чувство, — просто такой порядок. Твой негатив будет валяться целую неделю, а потом его отпечатают за один день. Так везде.

Лера стояла перед зеркалом и с тревогой смотрела на незнакомку, над созданием которой они обе трудились целый час. Тонкие, четко очерченные брови, глаза, густо подведенные серыми тенями, и ресницы… Лера только слегка коснулась их тушью, а они, и без того длинные, черные и густые, теперь стали похожи на накладные и загибались, почти касаясь бровей. Темная коралловая помада делала Леру взрослее. Длинные пушистые волосы были распущены по плечам, образуя отливающий синевой нимб.

— Ты просто прелесть, — констатировала Вика, в последний раз проводя кисточкой по ее лицу, — ты обязательно ему понравишься.

— Ты думаешь? — сомневалась Лера, придирчиво оглядывая свое лицо. — По-моему, щеки слишком круглые…

— Ну это уж — извините, не срезать же тебе их. Лера, да они тебя совсем не портят!

— Что бы я без тебя делала, — вздыхала Лера, благодарно сжимая Викины пальцы, — наверное, просто умерла бы от комплекса неполноценности!

Два дня показались им целой вечностью. Вика три раза переписывала Лерин ответ, каждый раз находя свое послание то холодноватым, то грубоватым, то слишком романтичным, то чересчур сухим. Наконец идеальный вариант был найден и старательно переписан Лерой на чистом листке бумаги в клеточку.