Открыв дверь к себе, он вдруг вспомнил про виновницу семейной бури, заглянул в папину комнату. и чуть с ума не сошел. Невеста лежала ничком возле качалки, льняная грива намокла в крови, по полу разбросаны чайные розы. Некое мистическое дуновение просквозило в душе: мальчик так кричал, потому что чувствовал через стенку убийство! «Да, она убита!» — произнес он вслух, отвел взгляд от мертвого тела, потемнело в глазах, замигали красные и желтые пятна. Откуда здесь розы? «Их принес убийца!» — опять сказал он громко и неимоверным усилием воли сосредоточился, фрагменты ужасающей картины обрели четкость. Вон стеклянная ваза с остатками воды, валяется у комода. Букет стоял на комоде... и просквозил золотыми бликами, когда он уходил от нее?.. комод не виден с порога. отразился желтым пятном напротив в зеркале, полускрытом зеленой занавеской, отделяющей отцовскую кушетку в углу.

Петр отдернул занавеску, увидел распятие на стене, увидел в зеркале лицо — свое, не сразу понял! — прошелся по квартире (никого нет), ворвался к дяде (входная дверь не заперта) — розы, точно такие же на праздничном столе.

- Розы на месте!

- Трое, кружком стоящие возле дивана, обернулись на его голос. Дядя с теткой и Иван Ильич.

- Слава Богу, заснул, — сказала Ольга, а муж воскликнул:

- О чем ты? Петруша, что с тобой?

- Она в папиной комнате.

- Кто?

- Невеста.

- Ну?

- Она мертвая.

Подземельный спросил «кто?»;

Острогорские глядели молча, с ужасом — они поверили.

- Ты серьезно, что ль? — заорал медик. — Дай ключ!

- Там открыто.

Подземельный сгинул, дядя прошептал: «Что же это, а? Что же это происходит?..» — и тоже сбежал. Они остались вдвоем с Ольгой над распростертым телом ребенка.

- Ее убили, — сказал Петр.

- Кто? Ты?

- Я?! — он хотел благородно возмутиться, но удар почти попал в цель: Павел — почти «я», братья очень любили друг друга.

Тут вернулся дядя.

- Подземельного я отослал, сейчас позвоню куда следует. Но прежде. Петруша, ведь это не ты?

- Нет.

- Конечно, не ты. Ипполит Матвеевич подтвердит, надеюсь, что мы поделили розы с дачи на два букета. Один ты отнес к себе. Ну что вы на меня так смотрите? Да, трагедия, но надо спасать Павла!

- Не надо, — сказал Петр, — если он убийца.

- Ты соображаешь, что говоришь? Погубить его жизнь?

- Если он погубил чужую, пусть ответит.

- Невеста — панельная проститутка! — взревел адвокат. — Мало ли кто мог ее прихлопнуть?

- Ты думаешь, не он?

- Главное — создать видимость!

- Главное — понять суть!

- Ты, философ чертов.

- Господи, замолчите! — закричала Ольга. — Ведь Полька при всех сказал, что видел его во дворе!

- Да кто помнит? — оборвал адвокат. — С Валерой я договорюсь, с Игорьком тоже, уверен. Петр, тебе решать.

11

Павла «взяли» на даче уже под утро, вначале он все по-глупому отрицал: болен, в Москву не ездил, о розах ничего не знаю. Убийца не знал, что братья его уже сдали; допрос проводился в дядиной квартире, никто не вспомнил злосчастную фразу, кроме самого ребенка: в нужный момент очнувшийся малютка явился на кухню (допрашивали Петра) и сказал, что видел Павлика во дворе в кустах.