«Это видение?» – спросил он.

«Не знаю, – честно созналась Йонг. – Мне кажется, это просто страх за Нагиля и его людей».

«Ты в это не вериш-ш-шь», – понял имуги.

«Но хочу верить».

«Твоя ш-ш-шаманка говорит, что ты начинаеш-ш-шь видеть больше, чем хочеш-ш-шь, и вот это – как раз что-то больш-ш-шее».

«Оно отличается от простого страха, не так ли?»

Имуги согласно завозился, пряча голову в полукольцах своего тела. Йонг прислушалась к себе. Да, её новое ощущение было тревогой, навеянной ду́хами, похоже. Но оно примешивалось к её личному страху, и потому разобрать, где заканчивалось неясное предвидение, а где начинались её чувства, было сложно.

«Может, дело в сыне советника?» – вспомнил имуги. Он был равнодушен ко всем людям, и даже живой патриарх его не разозлил – с ним Йонг сталкивалась до появления имуги, и ему, похоже, коварный змей мог сказать спасибо за косвенное участие в своём рождении. Лю Соджоль, последнее время навещающий Йонг в храме Лан, имуги тоже не волновал.

«Нагиль сказал, он нам не враг», – вяло запротестовала Йонг.

«Ты больш-ш-ше вериш-ш-шь ему, чем с-с-себе», – проворчал змей.

«В отношении людей, что нас окружают, – да».

«Тогда почему он тебе не нравитс-с-ся?»

Потому что… Йонг вздохнула, медленно провела руками по плечам. Потому что она не доверяла людям, которые много молчали. Лю Соджоль приходил смотреть на неё, и, хотя даже Лан говорила, что он безопасен для Йонг, было в его взгляде что-то подозрительное. Глаза он не прятал, здоровался с ней молчаливыми поклонами, прощался без слов. Он вёл себя очень похоже на Рэвона, когда тот только пришёл в её космический институт и провожал Йонг взглядом в кафетерии или приветствовал в лифте одной улыбкой.

Люди, которые только смотрели на неё и не пытались заговорить, потеряли кредит доверия всей категорией разом, когда Рэвон затащил Йонг в Чосон.

«Не потащ-щ-щит же он тебя обратно в Корею», – прошипел имуги.

Не потащит. Не сможет.

«Ес-с-сли он к тебе притронется, я откуш-ш-шу ему руку», – пообещал змей. Йонг даже улыбнулась. В последнее время он стал спокойнее и меньше сопротивлялся урокам Лан. Даже слушал её, когда Йонг медитировала. Могли ли они подружиться?

«Друзья нужны глупым людям», – обиделся имуги.

«Да, и мне нужны», – поддела его Йонг. Кажется, он искренне удивился.

«Ты тоже глупая, – огрызнулся он. – Дружи со с-с-своим генералом. Он, кстати, проснулс-с-ся».

«Что?»

– Сон Йонг? – голос Нагиля донесся до неё от футона. Он сел; зашуршали в темноте одеяла и чогори, сквозь дым её коснулся запах его тела – сухой опавшей листвы сливовых деревьев, трав Чжихо из купальни.

– Я здесь, – отозвалась Йонг. Она хотела встать и пойти к нему, но Нагиль сам поднялся. Подошёл к ней, провёл рукой по плечу и прямой спине.

– Не беспокойся, – понял он без слов. – Даже если что-то пойдёт не по плану, мы спасём Ли Хона и вернёмся вместе.

Йонг накрыла его руку своей, устало откинулась спиной ему на грудь. Между ними преградой встали деревянные рейки стула, но Йонг всё равно чувствовала кожей жар Нагиля, который медленно топил лёд внутри её.

– Пойдём спать, минджа, – позвал Нагиль.