Свистели стрелы, звенели копья; Гаин тянула Йонг всё выше и выше, не обращая внимания на перетекающую со склона на склон битву. Её ждали, думала Йонг, к её приходу готовились. Мысль согрела изнутри, назло имуги, который предположил, что они вдвоём погибнут, так и не добравшись до Дракона.

Гаин привела её на очередное нагорье, где нашлась пещера, укрытая несколькими невысокими соснами.

– Останьтесь здесь, сыта-голь, – попросила сыгунгарра.

Внутри пещеры у стены были приставлены копья, одно из которых она взяла, заменив обломок старого. На полу рассыпались мечи и охапки стрел.

– Я пришлю сюда Намджу, он присмотрит за вами. Потом вернусь сама и уведу вас. Никуда не уходите. Понятно?

Йонг кивнула.

– Никуда не уйду, да.

Гаин окинула её взглядом, сменившимся с удовлетворенного на сердитый, – снова сердитый, будто что-то в облике Йонг ей не нравилось, – и вышла из пещеры, оставив её в одиночестве.

«Что ей могло в нас-с-с понравитьс-с-ся?» – зашипел имуги, на время притихший. Гаин его напугала?..

Йонг стянула с плеча рюкзак и тубус, прислонила их к стене пещеры, потом, подумав, всё же вернула последний на место. Если она в панике забудет где-то рюкзак – это полбеды. Если она оставит тубус с чертежами – это будет катастрофой.

– Она никогда не видела такой одежды, – сказала Йонг. – Конечно, я выгляжу для неё странно.

«Ты думаеш-ш-шь?» – спросил имуги, и в его тоне Йонг почувствовала такое высокомерие, что сразу же поняла, насколько ошибается. Она потянулась рукой к шее, кожа которой всё это время нещадно чесалась, и провела заледеневшими от холода пальцами под воротом куртки.

Чешуя. Там была чешуя, снова вернулась, будто никуда и не исчезала. Она набухла на коже, та пошла трещинами, расползлась, как от ожога или кожной болезни, и теперь шелушилась, рвалась, когда Йонг поворачивала головой из стороны в сторону.

«Нравитс-с-ся?» – прошипел имуги. Йонг пожала плечами, расчесав чешую ещё больше. Святые духи, та правда была её второй кожей, она ощущалась как кожа и раздражала, как сыпь.

– Плевать, – отрезала Йонг. – Не страшно. Ты и до этого доставлял мне много проблем.

Выглядывать из пещеры она не решилась, хотя успела подумать обо всех ужасных сценариях развития событий, какие смогла придумать. Японцы прознают про оружейный склад чосонцев и прорвутся сюда, где обнаружат её. Чосонцы проиграют битву, которую сами же и подстроили, и она замёрзнет тут насмерть. Нагиль не придёт.

Думать о том, где он может быть, когда их больше не разделяют миллиарды планет и лет, теперь было просто невозможно без паники, впивающейся в кости. Йонг подумает об этом потом, когда битва утихнет и когда за ней вернутся, чтобы забрать в Хансон.

– Сыта-голь? – раздалось у неё за спиной, и Йонг резко обернулась. На входе в пещеру стоял, хлопая глазами от шока, Намджу. Йонг не видела его полгода, и за это время он вытянулся, стал ещё выше, лицо исхудало.

– Намджу, – выдохнула Йонг от облегчения и радости. Он преодолел расстояние между ними и позволил ей обнять себя, краснея даже на таком холоде. Йонг зажмурилась, привычный запах пота, костра, грязи показался ей родным, и она крепче стиснула плечи Намджу. – Тут так холодно, почему ты и Гаин не закрываете голову…

– Мешает передвигаться, – смущённо просипел он. – А я потерял шапку где-то на подходе к горам. Как же вы здесь, сыта-голь…

Они взглянули друг на друга, оба слишком радостные, чтобы говорить. Йонг шмыгнула носом, боясь, что сейчас расплачется от счастья, и, чтобы скрыть это, принялась осматривать Намджу. Тот был одет в тёплую турумаги светло-серого цвета, из-под неё торчал ворот чогори.