– Что с ним?! – закричала Йонг, голос сорвался почти до истерического вопля. Чхонги замотала головой, и она, бросив ей что-то бессвязное, кинулась к Великому Зверю.

– Сыта-голь!

– Пусть идёт! – остановила Чхонги сыгунгарра. – Найди Дэквана и Чунсока, вы знаете, что делать!

Йонг бежала, не чувствуя ног, прямо по гряде, та была рваной раной, тянущейся по земле и ведущей к Дракону. Он скатился к ручью, должно быть, истоку реки, и его тело перекрыло набирающий силу поток, сломало лёд, тронувший воду. Там белое мешалось с красным, и Йонг старалась не смотреть по сторонам, чтобы не видеть, насколько Дракон был ранен, не замечать этого прямо сейчас.

Она упала прямо на него, упёрлась руками и грудью в шершавый бок. Её рука не закрывала даже одну чешуйку, такой огромной та была. Нет, таким огромным был он – Йонг никогда не приближалась к нему так близко, даже рядом никогда не стояла, и размеры длинного тела напугали бы её, если бы только теперь она не боялась до слёз, что он умер.

Но Дракон дышал: под чешуёй, холодной, почти обжигающе ледяной, оглушительно громко билось сердце, бока вздымались в такт дыханию.

«Отойди-и-и! – застонал имуги. – Мы ему меш-ш-шаем!»

Йонг оторвала руки от Дракона тут же, сделала шаг назад, осмотрела тело.

В нескольких метрах от неё лежала изогнутая задняя лапа, такая же большая, с когтями размером с её руку. Лапа дрожала, и Йонг широко распахнутыми глазами видела, как сжимается на ней чешуя.

«Он обращаетс-с-ся, – подсказал имуги. Змей и сам трясся, и Йонг только теперь осознала почему – он тянулся к Дракону, точно был его частью. – Мы подарили ему Ци, это он – часть нас-с-с».

Йонг сомневалась в том, что такой массивный Зверь, такой сильный, мог быть рождён от слабого змея, но говорить об этом не стала: имуги понял сам и зашипел, дёргая её влево. Йонг побежала вдоль драконьего тела, пока он медленно, с каждым вдохом и выдохом, превращался в человека.

Она достигла основания его шеи с уходящим в белую гриву красным хребтом, заметила, что один рог у него был сломан. Он потерял его при ударе о гору, должно быть.

Как это было больно, должно быть.

Йонг обогнула лежащую на боку голову, прошла мимо плотно закрытых глаз и встала прямо перед его пастью.

«Можно его коснуться?» – спросила она, хотя уже тянулась руками к ноздрям, из которых вырывался ледяной пар.

«Дождис-с-сь, когда он обратится».

Йонг замерла. Время замерло. Дракон на её глазах мучительно медленно исчезал, втягивались в позвонки человеческого тела острые зубья хребта, уменьшалась грива, смещались ближе к голове передние лапы. Йонг впервые наблюдала, как Дракон становился человеком, и только теперь в полной мере понимала, какую силу скрывал в себе Нагиль.

Она думала, он при обращении оставляет тело Великого Зверя и вытаскивает себя из него, как из пустой оболочки, подобно Эрену Йегеру в «Атаке Титанов», быть может, но то, что Йонг видела, не умещалось в её сознании. Всё это огромное тело, вся эта мощь жила в Нагиле. Как он держал под контролем своего разума такое существо?..

Слух уловил хруст веток под ногами нескольких человек. Трое. Так громко бежали не Дочери, и Йонг слышала, как звенела сталь в руках неизвестных.

Только не это. Она зашарила взглядом по земле, но рядом не было ни меча, ни копья, только уже покалеченный тубус, оттягивающий плечо. Йонг перехватила его обеими руками, повернулась в сторону приближающихся людей.

К ней и поверженному Дракону бежали японцы из числа асигару, похоже: на них не было доспехов, один держал в руках вилы, у других в свете яркого солнца блестели мечи.