С земли раздался глухой стон, и мне почудилось, будто прозвучало слово «сеньор». Неожиданная догадка заставила меня наклониться над раненым:

– Жером! Жером! – прошептал я, с трудом разглядев в темноте сведенное гримасой боли лицо старого слуги семейства де Вилья.

– Спасите сеньора Этьена! – с трудом прохрипел тот в ответ.

Я рывком распахнул двери трактира, мимо меня как раз в сторону кухни спешил разносчик, паренек лет тринадцати на вид.

– Эй, парень! Срочно найди лекаря этому господину, – я указал рукой на торчащую в проходе ногу Жерома, – и крикни стражу!

Лицо разносчика вытянулось от удивления, но физиономия у него была смышленая, и я отправился обратно в темноту в полной уверенности, что парень выполнит мои поручения.

Метров через десять узкий проход, ограниченный с обеих сторон дощатыми стенами каких-то строений, поворачивал влево, и я скорее почувствовал, чем заметил притаившегося за углом человека. Возможно, он изначально засел здесь, чтобы избавить товарищей от неожиданных визитеров, а может, услышал мою возню с Жеромом.

Черная тень метнулась мне навстречу, быстрым росчерком сверкнул в тусклом свете прикрытых облаками звезд нож. Приняв удар на обмотанную плащом левую руку, я тут же ударил стилетом в ответ. Попал, но мой клинок, наткнувшись на что-то твердое, ушел вскользь вправо. Не кираса и не кольчуга, скорее всего, кожаный нагрудник, но это сейчас неважно. Если я хочу выйти из этого проулка живым, то нужно работать быстро. Тем более что и противник был того же мнения.

С минуту мы яростно толкались, остервенело нанося друг другу удары, одновременно стараясь заблокировать клинок противника. Ребра обожгло болью, но я и не подумал сбавлять скорость, она сейчас решала все. Тут же мне удалось увести вражескую руку с ножом вниз, корпус напавшего на меня человека вынужденно наклонился вперед, и мой стилет беспрепятственно вошел ему в основание шеи. В запале боя я не остановился и нанес еще пару ударов туда же, пока противник не осел наземь с громким всхлипом.

Я оттолкнул поверженного противника ногой и попятился назад. Уперся спиной в стену, тяжело дыша, постоял несколько мгновений, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Повезло мне, отделался царапиной на боку. Могло быть гораздо хуже – все-таки к таким передрягам лучше готовиться загодя, и кожаный нагрудник помог бы мне сохранить свою шкуру в неприкосновенности.

Что ж, нужно продолжать – где-то впереди слышатся звуки борьбы, что обнадеживало.

На этот раз проулок свернул направо, стены строений сменились невысокими заборами, и стало чуть светлее. Метров через пять-шесть забор с правой стороны оборвался, открыв моему взору небольшой участок земли, ограниченный смутно виднеющимися по его периметру строениями непонятного назначения. А посреди этого участка две темные фигуры остервенело пинали ногами лежащего человека. Бьют ногами – это ладно, лишь бы не успели к этому моменту нож под ребра сунуть. И тут, словно услышав мои мысли, в руке одного из нападавших сверкнула сталь.

Недолго думая, я бросил в мерзавца стилет, но в метании ножей я никогда не был силен, да и стилет не предназначен для таких действий. Однако маленький клинок все-таки выполнил свою задачу: вздрогнув от удара, долговязая фигура отвлеклась от Этьена и повернулась в мою сторону.

Выхватить шпагу было делом одного мгновения, так что, как ни старался высокий картежник парировать удар своим кинжалом, ничего у него не вышло. В глубоком выпаде я достал его в низ живота. Трудно сказать, как глубоко вошел клинок, но мой второй противник с громким вскриком отпрянул назад, споткнулся о пытающегося подняться кузена и опрокинулся на спину. Однако нанесенная ему рана явно не была смертельной, так что не стоило сбрасывать долговязого со счетов.

– Дьявол! – выругался тот самый темноволосый игрок с орлиным носом, по всей видимости, бывший главарем этой лихой компании, обнажая шпагу.