– Уж извини, – развел руками Родриго, – дед оставил больше долгов, чем богатств, больше выделить не можем.

– Черт побери, – только и смог ответить я, до того был растроган. К горлу неожиданно подкатил ком – такого отношения со стороны кузенов де Вилья я никак не ожидал.

– Бывай, де Бранди! – Поочередно хлопнув меня по плечу на прощание, братья ушли.

Я же, заперев за ними дверь на засов, снял с себя пропитанные чужой кровью камзол и сорочку и завалился спать. Больше ни на что сил не было.

Глава 22

Сеньор Оберон де Флорес пребывал в отчаянии: все пошло наперекосяк именно в тот момент, когда он считал основные трудности уже пройденными. Ну в самом деле, когда в лесу их догнали люди виконта, он успел уже мысленно проститься и с жизнью, и с любимой дочерью, которую в руках этого настойчивого мерзавца не ждало ничего хорошего. Но в дело вмешался храбрый сеньор де Бранди, в одиночку обративший в бегство чуть не десяток благородных негодяев. Правда, потом его самого пришлось прятать от преследователей, но это не составило отцу с дочерью большого труда. И поначалу у де Флореса не было причин быть недовольным новым знакомцем: молодой человек был умен, рассудителен и лишен предрассудков, свойственных многим представителям дворянства. А кроме всего прочего, обещал помочь с набором новой охраны, способной противостоять банде виконта де Монтихо.

Однако сказка длилась недолго. Этот самый благородный сеньор сам оказался опасным авантюристом! В первый же вечер в Уэске де Бранди позволил себя втянуть в какую-то драку с поножовщиной, переполошившую половину города. И вроде бы он сумел выйти сухим из воды, по крайней мере, стражу удовлетворили показания свидетелей и участников конфликта, но уже следующим утром все же был арестован: оказалось, что сеньор Кристиан разыскивается за убийства в другом городе! То есть с виду весь такой спокойный и благоразумный, а на самом деле – отъявленный головорез!

Казалось бы, невелика беда. Да, свели знакомство с известным преступником, но ведь сами ничего предосудительного не делали, забыли бы его и поехали дальше, к цели своего путешествия. Но не тут-то было! Элена вбила себе в голову, что они обязаны отплатить добром за добро и вызволить этого молодого человека из тюрьмы. Как будто мало того, что они ввезли его в Уэску в своей карете!

Но нет, конечно же, он поддался на настойчивые просьбы дочери и пытался добиться благосклонности городского главы Уэски и начальника городской стражи. Правда, не усердствовал сверх меры, а действовал очень осторожно, при этом имея полное право заявлять, что сделал все от него зависящее. К несчастью сеньора де Бранди, в деле были замешаны силы, которым не смели перечить ни алькальд, ни главный стражник города, о чем де Флорес и сообщил Элене с самым скорбным видом вчерашним вечером, на этом посчитав свой долг молодому человеку оплаченным сполна.

И именно в этот момент сеньор Оберон понял, насколько пагубным образом сказалось знакомство с де Бранди на его любимом чаде. С тех пор как молодой сеньор попал в тюрьму, Элена потеряла аппетит и сон, сделалась необычайно молчалива и задумчива, на вопросы отвечала невпопад или вовсе пропускала их мимо ушей. А после того как услышала о тщетности их усилий, совсем замкнулась в себе. Хорошо зная свою дочь, де Флорес понимал, что она не оставила мыслей о сеньоре Кристиане и в ее голове зреет какой-то план. И вскоре он был в этот план посвящен, однако же, услышав о намерении устроить узнику побег из городской тюрьмы, пришел в неописуемый ужас! Он таким наукам обучен не был и рисковать своей головой, равно как и головой дочери, ради малознакомого человека не собирался.

Возможно, именно так и выглядела та самая любовь с первого взгляда, о которой так красиво рассказывают уличные певцы и сказители и от которой молодые люди совершенно теряют рассудок, но Оберон де Флорес отказывался верить в подобную ерунду.