Милена послушно села и даже руки на коленки положила, как образцовая ученица. Натали осталась стоять. Девушку раздирали сомнения, но она не знала, с чего начать разговор.

— Твой отец поступил правильно, — произнёс я, усаживаясь в кресло напротив дивана. — Он понял, что тебе не место среди обычных Блэквудов и вывел свой род из-под удара. Так что можешь не переживать по этому поводу.

— Я настолько плохо контролирую свои эмоции? — удивилась Натали. — Соло, я об этом и хотела поговорить. Отец, он никогда…

— Натали, ещё раз — он всё сделал правильно! — оборвал я девушку. — Будь я на его месте, поступил бы точно также. Сейчас род Блэквуд полностью выведен из-под удара Тельмаров. Единственная проблема может заключаться теперь только в тебе — сможешь ли ты принять тот факт, что какое-то время тебе придётся быть просто Натали? Когда у тебя появится сила, фамилия сама к тебе вернётся.

— Меня не изгоняли из рода, — нахмурилась Натали.

— Официально — нет, — согласился я. — Но для всего Тримуса ты отщепенка.

— Пусть! — пылко заверила Натали. — Я не собираюсь возвращаться! Всё, что могла мне дать семья — мужа постарше да побогаче. Мне это не интересно. Я хочу свободы, Соло! Хочу сама принимать решения, что для меня важно, а что нет!

— Для этого тебе нужна сила, — кивнул я. — И этим мы сейчас с вами и займёмся. Спасибо, Ястин, можешь отдыхать.

Слуга разлил чай и выжидающе смотрел на меня, готовый исполнить следующее указание. Услышав распоряжение, Ястин поклонился девушкам и ушёл в свою комнату.

— Кучеряво живёшь, Соло — произнесла Милена, проводив взглядом Ястина. — Личный слуга, словно ты из высшего сословия. Номер в корпусе аспирантов. Гора артефактов неизвестного происхождения, из-за которых Натали чуть руки не оторвали.

— Леди так не говорят, Милена, — поправил я девушку. — Леди говорят: «Мне повезло стать частью твоей команды, учитель».

— Кстати! Почему ты наш учитель? — Милена привыкла спрашивать всё прямо. — Ты же нас толком ничему и не учил. Вот грымза Ворлюн — да, учила. Ой. Не смотри ты так на меня, Соло! Почему я должна среди друзей прятать за красивыми словами правду? Если она грымза, то нужно смело и во всеуслышанье это заявить. Знаешь, о чём я мечтаю? Чтобы эту старушонку твари разломные сожрали!

— Натали, сможешь ответить? — я посмотрел на синеволосую, что всё ещё пребывала в состоянии прострации. — Почему меня называют вашим учителем?

— Без понятия, — начала было Натали, но увидела мой тяжёлый взгляд и поправилась: — Скорее всего из-за того, что ты обучил нас пользоваться заклинаниям без магических палочек и слов. В академии такому не учат. Во всяком случае не в нашей. Как я поняла, ты ещё и принцессу обучал, верно? Значит и в столице с этим определённый напряг. Либо с методикой, либо с учителями, либо и с тем, и с другим. Плюс ты показал нам жуткий, конечно, но всё же сильный способ формирования каналов связи.

На этих словах Натали поёжилась, вспомнив о посиделках у разломного кристалла.

— Обучение магии без слов настолько важная штука, что из-за неё кого-то могут назвать учителем и учеником? — удивилась Милена.

— Вопрос не в том, что этому невозможно обучить, — пояснил я. — Вопрос в том, с какой лёгкостью мне удалось сделать это с вами. Взять ту же принцессу — она обучалась безмолвной магии и работе без концентратора до того, как прибыла в нашу академию. Значит в столице подавляющее большинство магов умеет пользоваться таким способом использования заклинаний. К слову — когда я был в столице, практически ни у кого не увидел магических палочек. Да и у прибывших к нам агентов тайной службы их нет.