— Заходите, заходите! — их заметила жена Соловьёва.

— Нет, что вы, спасибо… — отнекивались все.

— Да заходите же! — жена Соловьёва силком затаскивала их по двое в калитку. — У нас радость, новоселье! Всех приглашаем! Никаких отказов не принимаем!

Очутившись на ровнёшеньком газоне, ребята на всякий случай помалкивали. Однако другие гости — их было полным-полно — вовсю смеялись и танцевали, а папа Сони и Сени начал с Соловьёвым разговор о современной музыке, и тут выяснилось, что Соловьёв — знаток альтернативного рока. А жена Соловьёва подталкивала ребят к крыльцу:

— Заходите в дом, угощайтесь!

Угощение оказалось очень даже ничего. Куски тортов, все разные! Канапе из всевозможных фруктов! Мороженое всех цветов радуги, как в «Баскин-Роббинс»! Максим с Витьком разговаривали всё громче и громче, Лёша и Ваня нарочно выдавливали из себя хохот, а Олька с Кристиной визжали, и никто не сделал им замечания. Наконец Кристина сказала, что ей плохо — то ли от визга, то ли от объедения, — и захотела выйти наружу. Открыла дверь, а там лестница на второй этаж. Лёша открыл другую дверь — коридорчик, а за ним кладовка. Открыли третью дверь — туалет! Четвёртую — терраса!

— О, наверное, здесь, — Максим с надеждой распахнул очередную дверь. А там — вешалки с одеждой.

— Куда ты к ним в шкаф-то полез!

— Да что тут за лабиринт! — Максим захлопнул шкаф. — Где же у них выход на улицу?

Ребята уже забыли, какие двери открывали, а какие нет, и дёргали за все ручки подряд. Коридорчик! Туалет! Лестница! Опять коридорчик! Опять туалет!

Вдруг одна из дверей — та, что ведёт на лестницу, это они уже запомнили, — отворилась, и показались Соловьёвы. Все — к ним:

— Скажите, пожалуйста, как отсюда выйти?

Оказалось, Соловьёвы не только знатоки современной музыки, но и юмористы, каких поискать. Они стали пожимать плечами, изображая ужас:

— Сами не знаем!.. Нам этот дом только что построили, мы в нём ещё не ориентируемся!

Пришлось лезть в окно!

— Шашлыком пахнет, — сказал Лёша, когда ребята толпой высыпали на улицу. — Может, ещё у кого-нибудь новоселье?

Но это было не новоселье, а скорее, проводы упавшего забора. На его месте теперь стоял мангал, вокруг него весело суетились Елкин и Пал кин. Когда забор упал, они наконец познакомились ближе. Между ними обнаружилось столько общего, что они мигом подружились и на радостях устроили пикник.

А ещё счастливей выглядел Никишин, который вышел из калитки Платоновых и направился к своей даче. Он нёс, как великую драгоценность, одного из щенков Альмы!

— С праздником! — сказал Никишину пьяница Сомкин. Совершенно трезвый, он стоял посреди улицы и поздравлял прохожих.

— Какой сегодня праздник? — спрашивали у него.

— Преображение, — отвечал он.

И точно. Дачи преобразились!

— До чего же славные люди тут живут! — сказал папа, когда все четверо возвращались домой. — Дружные, приветливые, гостеприимные.

— Вам тут, наверное, было очень весело, — добавила мама.

— Очень, — хором подтвердили Соня с Сеней.

Остальные ребята тоже пошли по домам: роса уже упала на траву. Синие сумерки крадучись выходили из-под деревьев, из-за домов, из канавок вдоль заборов.