Кэссиди прилегла на кровать и стала смотреть в потолок. Она чувствовала себя преданной и уничтоженной. Пусть Рейли ее не любил — она это знала, — но он должен был ее, по крайней мере, уважать! Что бы ни случилось, честный человек не стал бы поступать так, как поступил сегодня ее муж.

— Ты ведь сама видела, что он обнимал ее, Элизабет! — сказала Кэссиди.

Элизабет кивнула, чувствуя боль Кэссиди, как свою собственную.

— Это правда, ваша честь… — пробормотала она.

— Ты слышала, что он обещал вернуть ей дом и оплатить ее счета.

— Да, я это слышала…

— О чем же тут говорить?

— Вы должны объясниться с его светлостью! Я уверена, у него были причины позвать сюда эту женщину. Может быть, он вообще не знал, что она сюда явится!

Кэссиди села на постели и пристально посмотрела на Элизабет.

— Тогда почему он ее обнимал? — спросила она.

— Вы знаете, ваша светлость… — пробормотала Элизабет и замолчала, не находя слов, чтобы объяснить поступок герцога.

— Вот видишь! — прошептала Кэссиди, чувствуя, что ее сердце разрывается от боли и тоски.

Когда Рейли вошел, в спальне было совсем темно. Думая, что Кэссиди уже заснула, он осторожно подошел к кровати. Он думал застать жену у себя в спальне, но Элизабет сказала ему, что мадам пошла спать к себе. Рейли пришлось также ужинать в одиночестве, поскольку Кэссиди велела передать ему, что ляжет спать пораньше.

— Рейли, — сказала Кэссиди, услышав, что он подошел к кровати, — я всю неделю очень плохо спала. Я так устала, что подумала, будет лучше, если я проведу эту ночь в своей спальне.

Она радовалась тому, что в комнате темно и он не заметит ее слез.

Но Рейли не спешил уходить.

— А если вернутся ночные кошмары? — поинтересовался он.

— Я уже давно забыла о них, так что могу спать и одна.

Рейли заметил в ее голосе холодок и сразу понял, в чем его причина.

— Ты видела Габриэллу, Кэссиди? — спросил он. Он сел на кровать и взял ее за руку. Но она тут же отдернула руку.

— Это совсем не то, что ты подумала, Кэссиди, — сказал Рейли. — Я понимаю, ты решила, что…

— Мне абсолютно безразличны твои отношения с любовницей, Рейли, — заявила Кэссиди. — Единственное, о чем я прошу, это то, чтобы ты назначал ей свидания в каком-нибудь другом месте. Ее появление в замке слишком унизительно для меня.

Он поднялся и беспомощно развел руками.

— Черт возьми, Кэссиди, ты глубоко ошибаешься! Позволь все тебе объяснить…

Она отвернулась, и ее голос задрожал.

— Пожалуйста, оставь меня, Рейли! Я очень устала.

Чтобы она опомнилась, ему захотелось взять ее за плечи и встряхнуть, но он не решился утомлять ее еще больше. Будет лучше, если он расскажет ей о письме обо всем завтра — когда она немножко остынет.

— Я оставлю дверь открытой, — сказал Рейли, — чтобы услышать, если тебе что-нибудь понадобится.

Она ничего не ответила, и Рейли пошел к себе. Без Кэссиди его спальня была такой холодной и пустой! Он снял рубашку и брюки и прилег на постель. Кэссиди успела сделаться для него необходимой. Он взял ее подушку и, положив себе под голову, вдыхал ее чудесный аромат.

Рейли невольно улыбнулся. Он и сам не заметил, как всем сердцем привязался к Кэссиди и уже не мыслил без нее своей жизни. Она превратила его в своего мужа, между тем как эта роль была для него всегда так ненавистна — он терпеть не мог мужчин, попавших жене под каблук.