|
— Не может быть,— только и прошептал он. Голова, избавленная от земли — свидетельства вековой истории,— представляла собой застывший в бронзе и прекрасно сохранившийся портрет первого короля Лондона. Луда разоблаченного. Эдвард, закусив нижнюю губу, чтобы не выпустить рвущийся наружу крик, беспомощно взирал на изваяние. А на него сквозь пелену тысячелетий смотрело незабываемо уродливое лицо Томаса Крибба. Возвращаясь к себе, мистер Мун обнаружил на улице перед отелем мистера Спейта. Бродяга, одетый в свой обычный засаленный костюм, терпеливо дожидался бывшего владельца театра. Лицо его покрывали свежие синяками, лишь отчасти скрытые клочковатой буйной бородой. Из кармана сюртука торчала бутылка загадочного желтого пойла, а прямо перед ним стоял рекламный щит: Ей-ей, гряду скоро! Откровение. 22.20 — Полдень! — возбужденно произнес он, хотя по некоторым признакам пьян был еще не в стельку. Швейцар мрачно посмотрел на нищего, а Спейт кивнул, приветствуя мистера Муна. — Что вы тут делаете? — Сильно озадаченный Эдвард пытался сообразить, не мираж ли перед ним. — Я вас выследил! — гордо сообщил бродяга. Иллюзионист моргнул, все еще не до конца уверенный в реальности встречи. — Чем могу помочь? — Честно говоря... деньжат бы. После театра... мне голову преклонить негде. Туго приходится. Вы всегда были ко мне так добры, а... Мистер Мун поспешно извлек фунтовую банкноту и протянул бродяге. — Вот. Тратьте разумно. — Честно говоря,— поведал Спейт,— я ж только на выпивку и трачусь. Иллюзионист прошел мимо него, поднялся по ступенькам отеля, затем обернулся. — Знаете что, мистер Спейт, вы чуточку подождите, и я с радостью присоединюсь к вам. — Чё-то стряслось? — Нищий выказал искреннюю озабоченность. — С вами так бывало, что все, во что ты верил, вдруг рухнуло в считанные секунды? — Да нет, сэр, не могу такого припомнить. — Когда-нибудь у вас на глазах исчезала всякая логика и здравый смысл? — И снова скажу вам, сэр: нет! — А вы когда-нибудь попадали в дичайший экзистенциальный кризис из-за реальности, абсолютно расходящейся с элементарной логикой? Бродяга испуганно уставился на Эдварда. — Вам бы пойти прилечь, сэр. Спасибо еще раз за деньги. С тяжелым вздохом иллюзионист исчез за дверями отеля. Шестью часами позже, навалившись на столик в углу бара в отеле, мистер Мун сфокусировал плавающий взгляд на сердечном друге миссис Гроссмит, попытавшемся вежливо прошаркать мимо. Эдвард поманил его мизинчиком. — Мистер Бардж? Человек-кружка просиял. — Доброго вам вечера! Он направился к иллюзионисту, по дороге зацепив ногой высокое сиденье у стойки. — Я хотел,— произнес мистер Мун с той тяжеловесной мрачностью, какая характерна для изрядно напившихся,— перемолвиться с вами словечком. — Полагаю, это насчет меня и миссис Гро? Она замечательная женщина, сэр. Настоящая леди. Такая жи-венькая, когда захочет! Бывший хозяин театра сложил пальцы домиком. — Мистер Бардж. Миссис Гроссмит много лет верно служила мне. Я не могу не иметь к ней теплых чувств, и у меня нет желания. |
