|
Повсюду витал всепроникающий запах крови. Скимпол не замечал его, поскольку слишком часто сюда наведывался и уж давно привык к зловещим декорациям, как кинематографист привыкает к сказочным дымам и искривленным отражениям. — Он здесь? — Он ждет,— ответил китаец, безупречно смиренный и почтительный. Альбинос заметил пушок под носом у молодого человека. — Пытаешься отрастить усы? — саркастически осведомился он. Китаец покраснел. — Ну, удачи,— хмыкнул Скимпол.— Кстати, там в окне цыпленок? Вид владельца сделался крайне растерянным. — Цыпленок,— повторил альбинос, начиная злиться на нарочитое непонимание со стороны собеседника.— Цып-ле-нок. Испытывая упорную игру юноши, вдруг позабывшего язык страны нынешнего проживания, он как мог изобразил цыпленка, помахав руками наподобие крылышек. Хозяин так и не выказал никакой видимой реакции. Махнув на него рукой, Скимпол прошел в заднюю дверь лавки. Как вы понимаете, шахта лифта смотрелась здесь самым неуместным образом. Внутри кабины стоял навытяжку еще один уроженец Поднебесной, затянутый в тугой красный камзол. Увидев Скимпола, он отодвинул металлическую решетку. — Доблого утла, сэл. — Доброго утра. — Нулевой уловень? — Спасибо, да. Китаец подвигал рычагами. Лифт с характерным, вызывающим тошноту рывком устремился вниз. Скрипя и дрожа всем корпусом, он довез пассажира до пункта назначения. — Нулевой уловень! — объявил китаец бесцветным механическим голосом. — Спасибо,— буркнул Скимпол.— Сам вижу. Он попал в прекрасно обставленное помещение, изящное и довольно современного вида. Главным предметом обстановки штаб-квартиры Директората служил круглый стол, широкий и дорогой. Навстречу ему вышел неуклюжий широкоплечий мужчина, а пятеро человек восточного вида выстроились шеренгой наподобие почетного караула. — Скимпол! — Голос джентльмена звучал с искренней теплотой. Альбинос понимал, что показное радушие — обычная дань вежливости, и даже подозревал скрытое под его маской многолетнее отвращение. А может, и ненависть. Не раздумывая, он изобразил глянцевую, отработанную улыбку. — Дэдлок... Они пожали друг другу руки. Ладонь Скимпола оказалась липкой от пота, и джентльмен невольно передернул могучими плечами. — Извини. — Альбинос не глядя бросил пальто на руки маячившему позади лакею.— Дела в отеле. — А-а.— Глаза Дэдлока сверкнули неприкрытым любопытством.— Мистер Мун? — Верно. — Присаживайся, старина, и расскажи мне о нем.— Джентльмен вернулся к саркастически-добродушной, немного грубоватой манере общения, свойственной полковнику в отставке, за неимением иных способов развлечься проводящему время за послеобеденной игрой в карты. Они расположились за круглым столом друг напротив друга. Дэдлок придвинул к себе стопку бумаг официального вида, а Скимпол достал было сигару с зажигалкой, однако спохватился и неохотно убрал их в карман. Сегодняшняя доза роскоши была уже израсходована. Дэдлок напоминал постаревшего и расплывшегося регбиста. Он относился к разряду людей, в школьные годы преуспевавших во всех видах спорта. По крайней мере, согласно сведениям альбиноса, большинством из них коллега действительно некогда занимался. Герои подобного типа в высшей степени обладают небезызвестным для многих особым сочетанием грубости и безупречных английских манер. |
