|
Пока они летели к пригородам Лондона, Маркхэм был больше озабочен проблемами, оставшимися позади, чем предстоящими. После странного и немного нереального эпизода с Вивиан он почувствовал, что между ними возникло отчуждение, которое, несмотря на все его попытки, так и не исчезло. Он довольно быстро оставил Вивиан, чувствуя, что его присутствие только ухудшает дело. И хотя он собирался отдохнуть, как посоветовала Марион-А, заснуть Маркхэм не смог и без толку пролежал два часа, ворочаясь с боку на бок. Он решил больше не встречаться с Вивиан, перед тем как отправиться в Лондон. Подсознательно он, возможно, и надеялся, что она успокоится и придет к нему, хотя бы просто пожелать успеха. Но только когда его гелитранспортер уже поднялся в воздух, он увидел Вивиан, которая бежала к взлетной площадке и махала рукой. Невозможно было понять, просит ли она его вернуться или просто машет рукой, прощаясь и желая удачи. Они могли задержаться минуты на две, но Маркхэм решил, что лучше не возвращаться. К тому времени, когда пять гелитранспортеров были уже над Сити, он подумал, что она просила его вернуться, и стал размышлять над тем, что же она хотела сказать. Потом, когда показались знакомые силуэты и огни центра Лондона, он заставил себя выкинуть мысли о Вивиан из головы. По крайней мере, у него нет причин беспокоиться о ее безопасности; там, где находится она, — Проф. Хиггенс и Хелм Криспин, оставшиеся возглавлять немалое уже войско, достаточное для отражения любого, кроме чрезвычайно мощного, удара. Воздушное движение над Лондоном было удивительно неоживленным. Почти перед самым Сити пять гелитранспортеров сломали строй и теперь летели по отдельности, как обычные транспортеры, выполняющие транспортные перевозки. Но обычное воздушное движение, на которое они полагались как на дополнительную маскировку, почти отсутствовало. Слух, что Освободительная Армия планирует что-то особенное на канун Рождества, удержал многих граждан дома. Когда пять транспортеров подлетели к Видео-Хаусу с разных сторон, ничто не указывало на то, что их появление вызвало у кого-то особый интерес. Неожиданно на транспортере Пола включился красный мигающий фонарь, что было обычным сигналом о неисправности. Он выключил и снова включил мотор, повторив это раза два или три, а потом зажег посадочные огни. Для любого наблюдателя это была вполне обычная картина: транспортер неисправен и совершает вынужденную посадку на ближайшую крышу. Полдюжины андроидов патрулировали крышу Видео-Хауса, хотя обычно здесь дежурил только один андроид; а когда гелитранспортер совершил посадку, Пол увидел, что андроиды вооружены автоматическими пистолетами. Нельзя было терять ни минуты. Колеса транспортера еще не успели коснуться крыши, а люди Пола уже открыли огонь через бортовые отверстия. Четыре андроида были уничтожены за две или три секунды, но двое оставшихся начали стрелять из автоматических пистолетов, и вот уже упали два человека, сраженные потоком пуль. Полу удалось попасть в одного из андроидов, сделав один-единственный удачный выстрел. Другой повернулся и побежал к башне управления, но выстрелы восьми человек не позволили ему пробежать больше трех-четырех ярдов. Пол и его люди бросились к лестницам-колодцам, ведущим вниз, в Видео-Хаус, а в это время еще один транспортер сел на крышу. К тому времени, как Маркхэм приземлился, Видео-Хаус был уже практически захвачен солдатами Освободительной Армии. На нижних этажах андроиды не были вооружены; видимо, решили, что шестерых патрульных на крыше будет достаточно, если объявят сигнал тревоги в случае нападения. Не более трех минут ушло на то, чтобы перестрелять весь штат андроидов, — но двое из них все-таки успели воспользоваться видеофоном. Одного из них застрелили в тот момент, когда изображение офицера Психопропа уже появилось на экране. Пол разбил экран рукояткой пистолета. К этому времени Маркхэм добрался до главной студии и стоял теперь перед стереокамерой, что за секунду до этого показывала какую-то комедию. |
