Встречал Михаила муж Маши  – Дима. Бывший спортсмен, а теперь работал инструктором по туризму. Вот и попал под влияние выживальщиков, которые к нему на занятия нечасто, но приходили группами по пять человек.

– Здравствуйте, я Миша, Маша просила приехать в эти выходные за рукописью, – у калитки сказал Михаил.

– Привет, я Дима, проходи. Не бойся Жучки – не кусается, – сказал Дима, беря за ошейник здоровенную овчарку.

Сидя за столом в комнате небольшого деревенского дома, они тихо разговаривали. Дети уже легли спать. Наступила ночь.

– Послушай Миш, это ты написал, ну то, что жена набирает?  – в очередной раз спросил Дима, – мне жена давала почитать.

– Я, – не стал отпираться Миша.

– Читал сам, что написал, – спросил Дима, – посмотри вокруг, ты же написал то, что сейчас фактически происходит.

– Вряд ли, я же не пророк. Образуется, – сказал Миша, – это фантастика в жанре апокалипсис, вы же – сурвайверы смысл жизни в этом видите. Покричат, поорут и образуется.

– Не образуется. Чует, что не зря с Машей и с нашей командой схроны готовили, и бункер организовали в лесу у одного нашего знакомого. Если так пойдёт дальше, с семьёй туда двинем. Это вёрст 200 на восток ещё.

– А как же рукопись? – спросил Михаил.

– Ещё не закончена, мне два дня осталось, не успеваю. Могу по «электронке» скинуть, как только закончу, – вступила в разговор Маша.

– Хорошо. Как только закончишь, скинешь на мыло, адрес знаешь. Тетради тогда потом заберу. И окончательный расчёт тогда будет, так нормально?

– Хорошо. Всё, мальчики, давайте идите спать, я вам в бане постелила. И поговорите ещё, главное не пейте много, и баню не спалите, – улыбаясь, добавила Маша.

***

Михаил не задумывался и не связывал события, описанные в произведении с происходящим в мире. Но параллели просматривались чёткие.

«Хотя и с натяжкой», – успокаивал себя Михаил.

Следующая рабочая неделя началась опять с очередей в банки. Цены на топливо, хлеб росли понемногу, но чуть ли не каждый день. На работе стали выгонять народ в неоплачиваемые отпуска. И вот как гром среди ясного неба, в пятницу, во время второго дня встречи большой двадцатки произошло то, чего боялся Михаил, что было ключевым и отправным моментом произведения: покушение на глав государств. Теперь не осталось сомнений, надо бросать все и уезжать как можно дальше от больших городов и военных объектов.

Побросав вещи в автомобиль, Михаил решил поехать на дачу к другу писателю. Уже в пути с ним связалась Маша и сказала, что они уезжают из деревни. Рукопись оставит в столе под скатертью в комнате. Ключ от дома будет под половицей слева в выемке. И советовала как можно скорее тоже покинуть город, так на всякий случай.

Выезд из города стал просто адом. Многокилометровые пробки – это ещё не все. Стояла неимоверная жара, такая температура была только в 2010 году, когда горели торфяники вокруг Москвы. На второй день Михаил добрался до приятеля, бывший редактор фантастического журнала Степан Николаевич. Мужчина пенсионного возраста, который и дал путёвку в жизнь Михаилу, напечатав первый рассказ в одном из номеров журнала. Даже разница в возрасте более двадцати лет не оказалась помехой приятельским отношениям.

– Проходи, Миша, располагайся. Молодец, что приехал, проведал старика, а то тут уже совсем от жизни отстал. Как моя-то благоверная оставила меня, так только тут теперь и обитаю. Детей из-за границы не дозовёшься. Вот один и один, даже начал клубнику выращивать от нечего делать, – обрадовался приезду Степан Николаевич.