Серебровласка отогнала подальше своих союзников. Затем подняла над собой чудо-меч и, размахнувшись, из последних сил нанесла тот самый суперудар, что разрезает пространство. Металлический куб, труп копейщицы и серебровласка провалились в трещину. Так все они и оказались в Зоне Отдыха на Земле. В месте, о котором в нашем мире в те времена никто не знал.

…

Открыв глаза, я понял, что видение закончилось. По степени детальности его можно сравнить только с теми, что показал мне дед о Лупергодах перед своим исчезновением. Жар огня, дрожь воздуха от взрывов — я до сих пор ощущаю их всем телом.

Поднявшись с огрызка матраца, на котором удалось устроить себе ночлег, я подошёл к стенке гигантского металлического куба. Там, где в видении лежало тело дамы в серебряных доспехах, ничего не было. Пусто! Причём, судя по заросшей траве, уже много лет как пусто. Трупа копейщицы тоже не нашлось.

— Ну, здравствуй, Хозяин Цифр, — гремя кандалами я прикоснулся к стенке куба и произнёс. — Всё это время ты вёл меня на Летающие острова, не так ли? Всё ради того, чтобы я пришёл сюда, к тебе.

Вот она. Величайшая тайна Каладриса.

Глава 10

Хозяин Цифр

Зона Отдыха, мир Земли (где-то над экватором)

Михаил Довлатов, странствующий целитель-учитель [3]

— Ну, здравствуй, Хозяин Цифр, — гремя кандалами, я прикоснулся к стенке куба. — Всё это время ты вёл меня на Летающие острова, не так ли? Всё ради того, чтобы я пришёл сюда… к тебе.

Вот она. Величайшая тайна Каладриса.

Стоило снова прикрыть глаза и погрузиться в медитацию, как я увидел продолжение истории воительницы в серебряных доспехах. После переноса в Зону Отдыха металлический куб тут же перестал гудеть. Нечто, находившееся внутри него, впало в спячку.

Серебровласка осталась лежать там же, где и упала. Однако её необычный доспех вдруг сам раскрылся. Скрипя металлом, он отцепил себя от рук и ног. Затем с трудом поднялся с земли и вскоре принял форму тяжелораненого человека. Светлые волосы, острые скулы и телосложение, близкое к идеалу — вне всяких сомнений, это был Каладрис, но выглядящий молодым. Его дух трещал по швам из-за раны на груди, нанесённой копьём в недавней битве.

[Духовная форма! Его вторая ипостась — это доспех, поглощающий энергию из техник!] — понял я, едва разглядев травмы на груди и плече. — [Вот почему обе воительницы сражались, не используя своих аспектов. У них была особая экипировка.]

В видении Каладрис, покачнувшись, упал на колени и зарыдал над телом серебровласки. Никогда прежде я не видел от Охотника столь ярких проявлений чувств. Скорбь, слёзы сожаления и крик души, который по силам понять лишь тем, кто тоже кого-то потерял. Не знаю, кем серебровласка с Охотником друг другу приходились, но поток эмоций шёл такой, будто сама его душа только что рассыпалась на части.

— Ты обещала попрощаться! — кричал Охотник над бездыханным телом. — Обещала, что отступишь, если нас начнут теснить! Какой смысл в победе, если ты сама мертва…

Видение ускорилось. Охотник предал огню тело серебровласки. Прямо тут, в Зоне Отдыха, имелся участок лавового типа. Там и прошла кремация. Почти все личные вещи, серебровласка, обложенная цветами, труп копейщицы и сломанное копьё сгинули в огне…

Самое интересное случилось с двуручным мечом — тем самым, которым орудовала дама в серебряных доспехах [Каладрис]. Последний удар, перерубивший копьё соперницы и её супердоспех, оказался фатальным для клинка.