Скрипнув зубами, Гаррик грозно повернулся к брату, и тот, уже не улыбаясь, с вызовом уставился на него. Сейчас оба походили на двух псов, готовых вцепиться друг другу в горло. Однако опасный момент миновал, и Гаррик с трудом, но заставил себя повернуться к своей невесте.

– Мисс Лейтон, боюсь, я совсем разучился учтивому обращению с дамами. Надеюсь, вы хорошо доехали до Эшбернэма? – В его голосе сквозила неприкрытая неприязнь.

Сьюзен побледнела, потом сделала неловкий книксен и едва слышно пролепетала:

– Да, милорд…

– Вот и отлично, – сухо кивнул Гаррик, не дожидаясь окончания фразы. Потом, бросив пристальный взгляд на Лайонела и Оливию, резко повернулся и вышел вон.

Повисла неловкая пауза.

– Итак, – с наигранной веселостью нарушил тишину Лайонел, – что мы решили? Устроим пикник или отправимся в Стэнхоуп-Холл?

Оливия взяла Сьюзен за руку и тихо сказала:

– Ступайте вслед за ним, ведь он ваш суженый! Попросите его показать вам Стэнхоуп-Холл!

Сьюзен вздрогнула, поморщилась, и в ее глазах появились слезы.

– Я не могу… Он меня пугает. Он ужасный человек!

– Оливия! – раздался из гостиной резкий голос Арлена. – Идите сюда! Вы еще не успели поздороваться с сэром Джоном и его супругой!

Оливия послушно направилась в гостиную, но на сердце у нее было тяжело.

Глава 17

Гаррик стоял возле теплицы, сунув руки в карманы панталон и мрачно глядя сквозь матовое стекло стен.

Там, внутри теплицы, Оливия медленно расхаживала между разными диковинными растениями и цветами, показывая их шедшему рядом с ней Лайонелу. Гаррик не слышал ни слова, но видел, как оба дружески улыбались друг другу.

Он ничуть не сомневался в том, что Лайонел хочет отбить у него Оливию. Конечно, ничего удивительного нет в том, что такая красивая женщина привлекла к себе внимание Лайонела, но Гаррика не покидало ощущение, что брат стал рьяно ухаживать за леди Эшберн в пику ему, Гаррику. Впрочем, возможно, ему все это только показалось?

В отрочестве братья никогда не были соперниками в подобного рода делах. Однажды у Гаррика была любовная интрижка с одной из деревенских пышнотелых девиц, и Лайонел не проявлял ни малейшей ревности, хотя впоследствии тоже спал с ней.

Виконт молча наблюдал за братом и Оливией, оживленно беседовавшими о чем-то среди тепличных цветов.

За обедом Лайонел неустанно блистал остроумием, рассказывая анекдоты из своей жизни в Индии, и все, за исключением Гаррика, были в восторге от его чудесного спасения из лап тигра-людоеда. Потом он рассказал одну историю из детства, и Гаррик был поражен теми подробностями, которые мог знать только настоящий Лайонел. Неужели этот человек действительно был его братом?!

Тем временем Лайонел взял Оливию под руку, и оба направились к выходу из теплицы. Виконту было крайне неприятно видеть Оливию рядом с Лайонелом. Конечно, он так много знал о семье Стэнхоупов, что просто невозможно было предположить в нем мошенника и самозванца, и все же Гаррик испытывал к нему недоверие и неприязнь.

Когда Оливия и Лайонел вышли из теплицы, Гаррик не сделал ни единого движения, чтобы скрыть свое присутствие, и она вздрогнула, увидев его. Лайонел, едва заметно улыбнувшись, прищурился:

– Ты тоже хочешь осмотреть теплицу?

– Почему бы и нет? – с вызовом ответил Гаррик брату, пристально глядя в его глаза.

Оливия мягко высвободила свой локоть из-под руки Лайонела.

– Надеюсь, милорд, – обратилась она к виконту, – вы не чувствовали себя покинутым. Честно говоря, я полагала, что вы гуляете по саду со своей невестой…

– Мисс Лейтон очаровательная девушка, – вмешался в разговор Лайонел.