|
— Мистрис Марлин производит впечатление довольно суровой особы. — Ко мне она очень добра. Хотя ей приходится тяжело. Другие леди осыпают ее насмешками. «Доброе отношение людей нередко служит наградой тому, кто сам наделен добротой», — подумал я. Судя по всему, это в полной мере относится к Тамазин. — А как к вам относится леди Рочфорд? — спросил я вслух. — Что вы можете сказать о ее характере? — К счастью, мне почти не приходится иметь с ней дело, сэр. Откровенно говоря, я ее побаиваюсь. По слухам, она может погубить кого угодно. — Вы полагаете, эти слухи справедливы? — Похоже, что так, сэр. Одно могу сказать — леди Рочфорд обожает собирать сплетни и при случае способна обернуть их человеку во вред. Уж конечно, ее никак не назовешь глупой, — добавила Тамазин, нахмурившись. — Но подчас она ведет себя… неразумно. — Скажем так, она ведет слишком рискованную игру, — поправил я. — Да, вы правы. И подобными играми она занималась всю жизнь. Но королеве она предана всей душой. И та тоже очень к ней привязана. — Сегодня я имел честь видеть королеву, — сообщил я. — В Фулфорде? — в некотором замешательстве уточнила Тамазин. — В Фулфорде. Джек рассказал вам о том, что там произошло? — Рассказал, — потупившись, проронила она. — С вами поступили очень… несправедливо. — Не будем об этом вспоминать. Но так или иначе, я полон желания оставить Йорк и вернуться в Лондон. Полагаю, вы всецело это желание разделяете. — Да, сэр, — кивнула Тамазин, поднимаясь со скамьи. — Прошу прощения, но я должна уйти. Мне необходимо увидеть мистрис Марлин. — Барак знал о вашем намерении поговорить со мной? — Нет, сэр. Я все решила сама. — Признаюсь, Тамазин, вы меня очаровали. Впрочем, я далеко не первый, кто оказался во власти ваших чар. Вы не будете возражать, если я вас провожу? — Спасибо, сэр, но в этом нет необходимости, — с улыбкой ответила Тамазин. — Как вы уже поняли, я привыкла сама о себе заботиться. — Тогда доброй вам ночи. Тамазин сделала реверанс, повернулась и решительно зашагала прочь. Провожая ее взглядом, я думал о том, что ошибался, считая эту девушку пустоголовой кокеткой. Возможно, Барак нашел свою судьбу. ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ Смелость, которую проявила Тамазин, подойдя ко мне, доверие, с которым она со мной говорила, заставили меня устыдиться своего недавнего поведения. Мне было неприятно вспоминать о том, что при встречах с этой девушкой я едва не пренебрегал требованиями учтивости. Становилось все прохладнее, и потому я поднялся со скамьи, решив прогуляться до лагеря в полях и по возможности отыскать Барака. Миновав дверь во внутренней стене, я пересек дорогу и подошел к плетеной ограде, которой был обнесен лагерь. У ворот стояли в карауле двое часовых. Я предъявил им свои документы, и они пропустили меня внутрь. В ноздри сразу ударил густой запах дыма, немытых человеческих тел и нечистот. Трава на поле была сплошь вытоптана неисчислимым множеством ног и копыт. Вдруг где-то поблизости раздался призывный звук горна, и обитатели лагеря, похватав деревянные миски и кружки, стремглав бросились к кострам. |
