|
Заодно посмотрите мою библиотеку. Она находится в задней части дома и занимает две комнаты. Скажите Меджи, чтобы дала вам ключи. Карты и планы хранятся в первой комнате, на третьей полке, что на южной стене. К сожалению, сейчас я не могу встать и помочь вам в поисках. — Ничего, я справлюсь сам. Я поднялся, ибо почувствовал, что больной устал. — Завтра я пошлю вам записку, узнать, как вы себя чувствуете. Если силы к вам не вернутся, я сообщу об этом Малевереру. Ему придется искать вам замену. Он уже сказал, что не позволит мне председательствовать на слушаниях. — Уверен, завтра я смогу приступить к работе, — с жаром заявил Ренн. Несколько мгновений он молчал, потом нерешительно добавил: — Не принимайте произошедшее слишком близко к сердцу, Мэтью. Все это лишь политические игры, и не более того. Лично против вас король ничего не имеет. — Да, он лишь воспользовался случаем провести сравнение между мной и коренным жителем Йорка. Сравнение, столь невыгодное для меня. Конечно, политические соображения сыграли тут свою роль. Но поверьте, я видел, что собственная жестокость доставляет королю удовольствие. И это произвело на меня особенно тягостное впечатление. — Политика не отделима от жестокости, — задумчиво изрек Ренн. — Это я понял давно. Сердечно простившись с Джайлсом, я спустился на первый этаж. В холле доктор Гибсон беседовал с Меджи. — Мастер Ренн разрешил мне воспользоваться его библиотекой, — обратился я к старой служанке. — Сейчас принесу ключи, — ответила она без большой охоты. — Как дела у мастера Ренна? — спросил я, оставшись наедине с лекарем. — Недуг скоро сведет его в могилу, — произнес он, печально покачав головой. — Он рассказал мне, что отец его скончался от той же самой болезни. Неужели она неизлечима? — Да. Подобные опухоли не знают снисхождения. Они способны сожрать самого сильного и крепкого человека. Так что нам остается лишь молить Господа о чуде. — Но если чуда не произойдет? Сколько осталось мастеру Ренну? — Трудно сказать. Я прощупал его живот. Пока что опухоль не слишком велика, но она растет с каждым днем. В любом случае, он проживет не больше нескольких месяцев. Насколько мне известно, мастер Ренн намерен совершить путешествие в Лондон. Для человека в его положении — это чистой воды безумие. — Возможно. Но эта поездка чрезвычайно важна для него. И я обещал, что помогу ему добраться до Лондона. — Боюсь, вам будет не так просто выполнить это обещание. — Но отказываться от своих обещаний я не привык. Несколько мгновений мы оба молчали, затем я спросил: — Вы навещали Бродерика, доктор? — Да, и могу вас заверить, что он вне опасности. Бродерик молод и, несмотря на скверное обращение, сохранил достаточный запас сил. Я кивнул, довольный тем, что на этот раз мне удалось получить четкий ответ. Тут вернулась Меджи с ключами, и я простился с лекарем. Служанка вновь проводила меня наверх, в узкий коридор, расположенный за спальней Ренна. — Мастер мало кому разрешает заходить в библиотеку, — сообщила женщина, с сомнением глядя на меня. — Вы уж, сделайте милость, не переставляйте книги. Мастер любит, чтобы в библиотеке был порядок. — Обещаю не нарушать его. |
