|
Ведь стоило Малевереру упомянуть имя Блейбурна в разговоре с герцогом Суффолком, поднялся настоящий переполох. А уж если герцог осведомлен о том, что этот самый Блейбурн является истинным предком короля, королю это известно наверняка. — Вы полагаете, он знает, что взошел на трон, не имея на то законных оснований, но тем не менее делает все для сохранения своей власти? — Будь вы на его месте, вы что, поступили бы иначе? — Мне трудно представить себя на его месте, — усмехнулся я. — Одно могу сказать с уверенностью: король даже не догадывается, что молодая жена ему изменяет. В противном случае он не стал бы ей потворствовать. Не такой у него нрав. И еще в одном я убежден — нам не стоит делиться своими соображениями с Малеверером. Узнай он только, что я проник в скрытый смысл «Titulus», моя догадливость будет стоить мне жизни. — Да уж, тогда не только у заговорщиков возникло бы желание навсегда заткнуть вам рот. — Так что пока нам стоит придерживаться правила «Молчание — золото». Надеюсь, король не задержится здесь слишком долго. Я жду не дождусь, когда мы окажемся на корабле, идущем в Лондон. — А когда мы вернемся, вы расскажете обо всем Кранмеру? — Посмотрим, — уклончиво ответил я. — Тамазин придется возвращаться вместе с королевской свитой. А это путешествие, скорее всего, затянется на несколько недель. Девчонка не показывает виду, но после того, что случилось, она не знает ни одной минуты покоя. В голосе Барака послышалась неподдельная забота, и я понял, как много для него значит Тамазин. — Нельзя ли как-нибудь устроить, чтобы она вернулась с нами, на корабле? — Это не так просто. Необходимо измыслить вескую причину, по которой Тамазин должна вернуться в Лондон раньше всех остальных слуг. — Можно сказать, что кто-нибудь из ее родственников тяжко захворал. — Я попытаюсь что-нибудь придумать, — пообещал я. — Но прежде надо узнать, какие перспективы ожидают нас самих. — Спасибо, — с облегчением вздохнул Барак. — Скажите, а зачем королю возвращаться в Халл? Он ведь уже там был. — Насколько мне известно, он намерен укрепить защитные сооружения этого города. — Ехать туда со всей свитой и челядью — большая морока. — Он король и волен делать все, что пожелает. Кстати, есть еще один человек, которому я должен во что бы то ни стало обеспечить место на корабле. Это мастер Ренн. Я обещал ему помощь и должен выполнить свое обещание. Знаете, подчас мне кажется, что, заботясь о нем, я искупаю свою вину перед покойным отцом. — Я тоже привязался к старикану. И мне его жаль. Хотя, глядя на него, никогда не подумаешь, что он стоит на краю гроба. По крайней мере, голова у него варит наилучшим образом, и сегодня, во время слушаний, всякий мог в этом убедиться. — Да, с виду Джайлс бодр и крепок. Но доктор Гибсон уверен, что ему осталось жить совсем немного, — с грустью заметил я. — Я так понял, решение, которое он принял по делу торговца древесиной, вас не удовлетворило? — Нет. Но он живет в Йорке и должен руководствоваться многочисленными соображениями, которые мне не известны. — Как вы думаете, завтра мы покончим с прошениями? — Надеюсь. Тогда дело, по которому мы сюда прибыли, будет завершено. — Может, утром нам стоит сходить в город и немного развеяться? — предложил Барак. |
