|
А слова «она знает» относились вовсе не к королеве, а к Дженнет Марлин, только что столкнувшей его с лестницы. — Так, значит, Кэтрин Говард здесь ни при чем, — неожиданно для себя самого произнес я вслух. Барак расхаживал по комнате, как видно, не найдя более содержательного занятия; он слишком рано отказался от костыля и, ступая на поврежденную ногу, всякий раз морщился. — Не слишком себя утруждайте, — предостерег я. — Нога почти не болит, если не опираться на нее всем телом! — сообщил Барак. Он вновь шагнул, поморщился и тяжело опустился на кровать. — Черт, до чего мне надоело быть калекой! — Джек, мне удалось кое-что выяснить, — произнес я, усаживаясь на свою постель. — Что еще? В голосе Барака не слышалось ни малейшей заинтересованности. Но когда я рассказал ему о том, что услышал от брата Сванна, и поделился собственными догадками, он по-трясенно присвистнул: — Господи боже! Несколько мгновений Барак молчал, пытаясь осмыслить услышанное. — Если все это правда, значит, нынешний король — внук лучника из Кента, — наконец пробормотал он. — Получается, что так. У Барака глаза на лоб полезли. — И королю об этом известно, — продолжал он. — Известно с тех самых пор, как кто-то из заговорщиков проговорился о документах. — А еще королю известно, что некий стряпчий по имени Шардлейк отыскал бумаги, а потом упустил их, — продолжил я. — Неудивительно, что он так набросился на меня в Фулфорде. И неудивительно, что заговорщики готовы на все, лишь бы заполучить эти документы. Признание Блеибурна способно сотворить в стране настоящую бурю. — А Бернард Лок, в прошлом заговорщик, приказал своей невесте уничтожить эти документы, рассчитывая таким образом спасти собственную шкуру. — Как и всегда в этой жизни, желания и интересы разных людей противоречат друг другу, — пожал плечами я. — Но каким образом это признание, сделанное неким Блейбурном, попало в руки заговорщиков? Скорее всего, лучник вернулся в Кент, там и отдал богу душу. Как документ оказался в Йорке? К тому же с тех пор прошло более шестидесяти лет. Почему признание решили пустить в ход только сейчас? Что, пять лет назад, во время «Благодатного паломничества», о нем еще не знали? Я задумчиво потер подбородок. — Полагаю, дело в том, что Роберт Эск и его сторонники вовсе не стремились к свержению короля. Они хотели избавиться от рьяных реформаторов — архиепископа Кранмера и Кромвеля. А может, вы правы и в то время они не знали о существовании документов. — Значит, вы считаете, среди бумаг, хранившихся в шкатулке, не было таких, что представляют опасность для Кэтрин Говард и Калпепера? — осведомился Барак, пристально взглянув на меня. — Не было. Теперь, когда нам известно, что Олдройда убила Дженнет Марлин, его последние слова приобретают иной смысл. Если помните, он сказал: «Она знает об этом». Уверен, он имел в виду свою убийцу. — Что ж, если все это так, тем лучше для нас, — с нескрываемым облегчением заявил Барак. — Тэмми может спать спокойно. И королева, конечно, тоже. Скажите, а Малевереру вы намерены сообщить о рассказе старого законника? — осведомился он после недолгого молчания. — Не вижу в этом смысла, — покачал головой я. |
