|
Вам, случайно, не нужен клерк, поднаторевший в подсчетах? Мастер Барроу бросил на товарища сердитый взгляд. — Нет, благодарю вас, — улыбнулся я. — Кстати, совсем недавно кое-то о вас спрашивал, — сообщил Кимбер. — Эй, Том Коуфолд, где ты там? — кликнул он, обернувшись. Какой-то круглолицый человек, молодой, но уже начинающий лысеть, высунулся из ближайшей комнатушки. — Мастер Шардлейк пришел, — со значением сообщил Кимбер. — Добрый вечер, мастер Шардлейк, — произнес клерк, приближаясь к нам. — Я хотел поговорить с вами о завтрашней репетиции. Ведь вы принимаете участие в торжественной церемонии и… — Пройдем в мою комнату, — предложил я, заметив, что разговор наш вызывает явный интерес у собравшихся в холле. Я провел клерка в свою каморку, Барак следовал за нами. — Так вот, сэр, — произнес мастер Коуфолд, устремив на меня взгляд, исполненный сознания собственной значительности. — Завтра в девять часов утра вы должны быть в конторе моего патрона, сэра Джеймса Филти. Там и состоится репетиция. Мастер Ренн тоже будет там, он принесет прошения. Мой патрон укажет вам, как именно вести себя во время торжественной церемонии. — А кто из нас будет подавать королю прошения? — Мастер Ренн. Услышав это, я с трудом удержал вздох облегчения. — Да, и прошу вас, сэр, завтра оденьтесь так, как вы будете одеты на церемонии, — сказал клерк, бросив взгляд на мой слишком длинный плащ, промокший и заляпанный грязью. — Да, конечно, я оденусь наилучшим образом. — Тогда до завтра, джентльмены, — произнес клерк и с поклоном удалился. — Первым делом нам надо переодеться и поужинать, — заявил я, повернувшись к Бараку. — Мистрис Ридбурн назначила вам встречу в шесть, это совсем скоро. — Пойду-ка я спрошу у этих парней, где здесь можно поесть, — сказал Барак и вышел в холл. Минуту спустя до меня донесся жизнерадостный голос Коуфолда, представляющего компании нового товарища: — Джентльмены, это клерк горбуна. Несмотря на то что я давно уже привык к подобным выпадам, сердце мое сжалось от досады. Невежа мог хотя бы понизить голос. — Заткнись, болван, — немедленно обрезал его Барак. В холле повисло молчание, но через несколько мгновений разговор возобновился вновь, хотя голоса зазвучали глуше. Я надел сухие штаны и камзол и, вновь накинув плащ Ренна, вышел из комнаты. Несомненно, длинный не по росту плащ придавал мне нелепый вид, но иного выбора у меня не было. Клерки куда-то исчезли, Барак стоял у очага в одиночестве. Он бросил на меня смущенный взгляд, вне всякого сомнения, догадываясь о том, что оскорбление достигло моих ушей и отнюдь не улучшило мне настроение. — Узнали, где здесь кормят? — кратко осведомился я. — Клерки сказали, в бывшей монастырской трапезной. Едят все вместе, за исключением, конечно, высоких чинов из королевского особняка. — Так идемте скорее. Выйдя на улицу, мы увидели, как обитатели аббатства во множестве стекаются к невысокому зданию, расположенному рядом с церковью. Двери его были широко распахнуты. Мы вошли внутрь вслед за компанией плотников, к одежде которых прилипли мокрые стружки. Едва оказавшись в холле, мы увидели Тамазин, в том самом нарядном желтом платье, что было на ней накануне, и в голубом французском капоре, чрезвычайно ей шедшем. |
