— Знаешь, сейчас ты выглядишь куда лучше, чем полтора года назад, — заметил его отец.

— Ну, тогда и обстоятельства были иные.

— Что правда, то правда.

Тогда отец вызвал Тома к себе, чтобы лично передать ему предварительные результаты заключения комиссии по делам флота. О принятом ею решении списать его на берег в результате произошедшего на «Мастифе». Тогда Виктор боялся, что это может слишком сильно повлиять на его сына. Выбить опору у него под ногами и лишить его уверенности в себе. Произошедшие после этого события показали, что это не так.

Мэннинг, старый засранец и не подумал сообщить ему о том, что завербовал его сына к себе в шайку вольных стрелков. Как бы не уважал Виктор своего бывшего учителя, он был патриотом до мозга костей, который почти всю свою жизнь посветил службе флоту и государству, которое тот охранял. Именно по этой причине, когда чуть более года назад он получил сообщение от одного из капитанов Лестера, кажется Маккензи, вместе с отчётом своего сына, то испытал огромное удивление с толикой возмущения.

— Значит ты улетаешь завтра, так?

— Да. У нас новый контракт и заказчик хочет вернуться домой как можно скорее.

— Могу я спросить, куда ты летишь? Если конечно, это не тайна?

Усмехнувшись, Райн младший махнул рукой.

— Да какое там. Мы летим на Сульфар.

— Хм…- Виктор задумался, стараясь вспомнить, слышал ли он где-нибудь это название. — Не припоминаю.

— Суверенная планета. У них там похоже намечается гражданская война и нас пригласили в качестве обучающих специалистов для их людей и ограниченной военной помощи.

— Какой срок у контракта?

— Год с возможностью продления по требованию заказчика. Так что точно не знаю, на сколько мы там застрянем.

— Ну, значит хотя бы весь этот намечающийся бардак ты пропустишь, — вздохнул его отец.

— Ты о выборах?

— Да.

— Всё так плохо?

— Это как посмотреть, — ответил его отец с сомнением в голосе. — У Брана по прежнему лидерство по голосам, но Локен отстаёт от него на достаточно небольшое количество голосов, чтобы можно было начать беспокоится.

Нынешний президент Вердена, Кеннет Бран, занимал свой пост уже второй срок и готовился к переизбранию на третий, который должен был стать последним в его президентской карьере. Главным его противником, выступавшим на выборах от лица оппозиции был Говард Локен. Партия хартистов уже в третий раз пытается пробиться и занять доминирующую позицию в правительстве, но пока что их оппонентам в конгрессе удавалось сдерживать этот напор.

— Плохо не это, — продолжил Виктор. — Кое кто во флоте тоже поддерживает Локена. Далеко не все конечно, но тихие и недовольные разговоры доносятся из тёмных углов весь последний год.

Из-за своего положения Том выпал из политической жизни флота. Будучи переведённым на половинное жалование, он как-то сам собой оказался выдернутым из своего прежнего круга общения. Это лишило его определённой внутренней информации. Но не смотря на это, слова отца всё равно вызвали у него удивление.

— Можешь рассказать поподробнее?

— Да там и рассказывать нечего. Просто некоторым идиотам в штабе флота захотелось крови. У них руки чешутся нажать на курок. Пока что курс нашей внешней политики сдерживает особо ретивых, да и рейнцы вроде не ищут лишнего повода начать стрельбу. Но если администрация Брана проиграет выборы, всё может изменится. Мерзавец настроен слишком радикально по отношению к Протекторату.

— Последние двенадцать лет Кеннету удавалось держать их на поводке, — заметил Том.

— Да, — согласился с ним Виктор. — Удавалось, но сейчас и общественное мнение другое. Мы постоянно наращиваем силы флота, но это не может идти бесконечно.