– Это еще зачем?

    – Нам слезть надо, – ответил я.

    Дед хмыкнул, покачал головой, поковырял в ухе кривым пальцем и лишь потом соизволил ответить:

    – Нет, не уберу. Вы слезете, а с меня потом спрос? Мол, опять Митрич не углядел, пустил живых по городу гулять!

    – Да мы не гулять, – робко возразил я. – Нам бы только Меч Мертвого Пламени добыть, и все.

    – Экие наглецы! – оскорбился дедок. – Меч им подавай... Много вас таких шастает, а потом вещи пропадают!

    – Мы не воры, – обиделся я. – Мы – герои!

    – Видели мы таких героев. Ходют-ходют, мечами махают, собачек моих трогают... Ты почто Тузика пришиб, гад?!

    – А он первый полез кусаться! – вступилась за меня Мечта.

    Дед вновь недовольно покачал головой, но, когда заговорил, в голосе проскальзывали извинительные нотки:

    – Да он, паскуда, отродясь лютый был. Агрессивный. Ладно, посидите тут, а я пойду за кем-нибудь из стражников схожу.

    Озадачив нас таким ответом, дед поспешно удалился, однако стая осталась, так что убраться отсюда и думать было нечего.

    Мы сидели одни, в тишине, под покровом бесконечного ночного неба, и мне вдруг подумалось, что сложившуюся ситуацию человек с немного повернутой фантазией мог бы назвать романтической. А что? Ночь – время самых сокровенных тайн и желаний. Нереальная, ибо слишком близкая, опасность, присутствие которой щекочет нервы и обостряет чувствительность. А впереди – неизвестность, так что можно говорить самые сокровенные и опасные слова, потому что все потом спишется...

    Но сказать я ничего так и не успел.

    – Эй, человеки! – прозвучал уже знакомый голос. – Пришли тут к вам.

    Мы как по команде уставились вниз и увидели, что рядом с дедом стоит высокий, элегантно одетый скелет. Черный фрак, брюки в полоску, черный же высокий цилиндр, а на поясе висит шпага в дорогих ножнах.

    – Здравствуйте. – Мы с Мечтой хором поздоровались.

    – Ночь добрая, – вежливо отозвался скелет. – Меня зовут Валдир, я – страж Трупного города. А кто вы такие, позвольте полюбопытствовать?

    Мы назвались, а я к своему имени скромненько приплел «титул» Белого Оборотня.

    – О, – удивился скелет. – Чрезвычайно польщен вашим приездом, Белый. Что заставило вас посетить наш скромный городок?

    – Да мы, собственно, здесь проездом, – ответил я. – Красоты здешние осматриваем, пейзажами любуемся. С собачками, вот, подружиться хотели. Да только дикие они у вас. Давно последний раз прививки от бешенства делали?

    Вежливый скелет Валдир повернул голову в сторону деда. Тот стушевался и промямлил:

    – Да чего он такое говорит, ваш бродь?! Я своим собачкам и коготки точу, и клычки ровняю, и хвостики полирую, а чего еще надо? Прививки какие-то... Тьфу, слово-то какое мерзопакостное.

    – Разберемся, – зловеще пообещал Валдир, а потом вновь обратился к нам, – Господин Белый Оборотень, мадемуазель Мечта, я нижайше прошу простить меня за причиненные вам неудобства. И конечно же вы можете беспрепятственно спуститься на мостовую, ибо никто в этом городе не причинит вам вреда. Порукой мое слово дворянина.