А я засмотрелся на лес. Благодаря всеобщей ненормальности этого мира вполне обычные и привычные елочки, дубы, ясени и клены соседствовали с очень оригинальными породами деревьев, принадлежащих, судя по всему, доисторическому периоду. Особенно меня поразило неимоверно высокое, практически голое дерево, только на самой верхушке которого росло несколько листочков. Однако листочки эти были размером с баскетбольный щит, а походили больше всего на рыбий скелет. Еще под ногами изредка шныряли непонятные насекомые, а один раз мимо нашей ведьмы, стрекоча, как заправский вертолет, пролетела полуметровая стрекоза. Девушка, несмотря на то что давно должна была привыкнуть к подобным фокусам, взвизгнула и повисла у меня на шее. Я же и вовсе стоял пришибленный, провожая местные ВВС отрешенным взглядом. Интересно, а тараканы тут тогда какие?

    Не обошлось и без конфузов. Ричард неизвестно почему поинтересовался у Венус, не растут ли в данном лесу яблочки, за что получил от той недоумевающий взгляд. Девушка ответила, что да, растут, но зачем вдруг коту понадобились ягоды, она не понимает. Мне показалось, что я ослышался.

    – Ягоды?

    – Конечно ягоды! Ты как раз стоишь около одного из кустов.

    Я посмотрел вниз и узрел небольшой кустик, на котором действительно росли какие-то ягодки. Все еще думая, что ведьма неудачно пошутила, я присел перед ним на корточки и с удивлением увидел, что ягоды – самые настоящие яблоки. Глупо сказано, но это действительно так. Маленькие такие яблочки, зеленые еще, но с крыжовником не спутать.

    – Круто, – кивнул кот. – А арбузы у вас, случайно, не на елках растут?

    – Зачем задавать такие глупые вопросы? Да всем с детства известно, что они растут на соснах!

    Ричард поперхнулся собственной остротой и больше не возникал. Наверное, опасался узнать, что собаки здесь обзавелись крыльями.

    Мы продолжили путь, и очень скоро я заметил, что Венус странно косится на меня и мнется, явно желая что-то спросить. Я понятия не имел, чего от нее ждать, поэтому шел спокойно и не подначивал, но она решилась сама.

    – Мм... сэр Антоний, – обратилась она ко мне, пряча глаза. – А что делают в вашем племени с... пленниками?

    – Пленниками? – переспросил я. – Да брось, Венус, ты свободна. Если хочешь, то можешь даже уйти, хотя я бы тебе не советовал.

    – Да я и не ухожу, – стушевалась ведьма. – Ну а с пленниками все же что?

    – Господи! – воскликнул я. – Ладно, отвечу. Их сажают в тюрьму, где они сидят, пока их не обменяют на других военнопленных, к числу которых ты и относишься. Есть, правда, еще киднепинг, но это уже другая история...

    – Извините, – робко прервала она мою нескладную речь. – А у вас что, не приносят в жертву, не сажают на палю 1 или хотя бы не тешут плоть, дабы внедрить семя в плодородную почву?

    – Э, ты к чему это? – смутился я. – Не боись, тем пещерным бичам я тебя не отдал, так что и сам... гм... тешиться не буду.

    – Ясно, – вздохнула она, но в этом вздохе мне почему-то послышалось разочарование.

    Мы зашагали молча, однако это спокойствие длилось недолго.