|
Я не по годам крут, когда приходит Сила, но она как раз только что ушла. Венус может потрепать обидчика магией, но на любую магию нужно время, а нам его не дали. Опомнившиеся инквизиторы загнали нашу троицу в какой-то тупик и накрепко спеленали мощным заклинанием. Вообще, должен признать, это странные ощущения. Вроде сидишь ты, ничем не связанный, руки-ноги свободны, а пошевелить ими не можешь. Даже шею повернуть не в силах. Даже челюстью подвигать!
Потом нас подняли на руки и понесли в неизвестном направлении, которое очень скоро стало известным. Лично меня приволокли в небольшую, уютно обставленную комнатку и заперли снаружи дверь, оставив наедине с одним старым недобрым знакомым. Догадались, с кем, или подсказать? Конечно, с Отцом. А он все такой же. Даже маску не снял, паршивец. От пут заклятия освобождать не стали, дав свободу только голове. Чтобы разговаривать мог... Главный инквизитор повернулся ко мне, лежащему на полу в неестественной позе, и спросил: – Как вам это удалось? – Что? – не понял я. Отец Инквизиции зашагал по комнате, и в его походке я уловил некоторую нервозность. Приятно. – Как вам удалось уйти от меня, как вам удалось оживить голема, как вам удалось уйти от погони (даже такая была?!), как вам удалось живым выйти из Мертвого Леса, как, в конце-то концов, вам удалось проникнуть в Алый Замок, разрушить стену и искалечить семерых человек из моего лучшего отряда?! – Повезло. – Я хотел пожать плечами, но из этого ничего не вышло. – Повезло, – нервно хихикнул Отец, а потом снова ровным и спокойным тоном спросил: – А вы ведь наврали мне про службу в контрразведке маркиза де Фроста? – Наврал, – согласился я. – Иначе бы вы меня пытали. – Значит, миссия была намного более важная, нежели жизнь какого-то там маркиза, – скорее утвердительно, чем вопросительно, сказал инквизитор. – А зачем вам вообще де Фрост сдался? – в свою очередь задал вопрос я. – Он потакает нечисти, и мы, устранив его их руками, могли направить народное мнение в нужное нам русло, – отмахнулся Отец. – Но речь сейчас не об этом... Во мне совершенно неожиданно проснулась ярость. Не о том речь, говоришь? Ну уж нет, я тебе не безмолвная жертва. – Об этом! Еще как об этом! – оборвал я его. – Де Фрост – мой друг, и я никому не позволю его обижать! – Не волнуйтесь вы так, – усмехнулся Отец. – Никто маркиза трогать не собирается. Уже не собирается. Так называемая серая нечисть ушла из тех мест, так что убивать де Фроста теперь по меньшей мере неразумно. Я удовлетворенно кивнул. Значит, маркиз вне опасности. Если, конечно, верить словам этого, в шлеме. А что-то мне подсказывает, что сейчас верить ему можно. – Но вернемся к нашей теме, – продолжил инквизитор. – Вы, как я понял, тот самый Белый Оборотень? – Как вы догадались? – с издевкой спросил я. – Ни один представитель этого... семейства не обладает белой шерстью и не может ОБРАЩАТЬСЯ в столь короткий срок, – пояснил собеседник. – Ладно, все, вы меня раскусили. Я – Белый Оборотень. И что с того? Отец запнулся. Задумчиво посмотрел на меня – он явно сам не знал, «что с того». |
