- А должен был?.. - рассмеялся довольный шуткой Заяц, выпуская наконец стрелу. - Вот, выстрелил. Ребята, вас двое осталось, нас тут шестеро. Бросайте луки.

Сначала молодой начальник караула, а потом и его последний товарищ послушно сложили оружие на траву. Питти покосился на пожилую орущую женщину, которой стрела угодила в бедро, и вытащил из горла бородача свой нож.

- Это ты виноват, Экко. Я думал, ты в него выстрелишь, когда он в меня прицелился. Ты хотел моей смерти, да?

- Нет, что ты! Просто проверил, насколько ты угоден духам. Слушайте, люди! Пусть эту раненую отнесут домой соседи, она пострадала в бою со слугами северян! Мы победили, и так будет всегда! Вперед, за Питти!

Шаман уже пошел дальше по тропе, борясь с желанием зажать уши. Конечно, он на месте Экко тоже не упустил бы случая повеселиться, но всему есть предел.

- Ты в самом деле вернулся?.. - Молодой воин зашагал рядом с Питти. - И ты будешь воевать с северянами за городских смертоносцев?.. А почему так, а не иначе?

- Городские лучше, - уверил его Питти. - Они даже разрешают кататься на себе детям. Милые, добрые, безобидные твари. Вот что, не вертись под ногами. Иди в деревню, пора заканчивать представление. Скажи там, что пришла пора выбирать, с Питти они или с Анни. И не забудь добавить, что все, кто выберет Анни и северян, очень скоро умрут. У других есть шансы выжить. Запомнил?.. Беги.

Воин побежал вперед, время от времени оглядываясь. Он удивлялся сам себе: не наваждение ли это? Легендарный Питти, рехнувшийся шаман-убийца пришел в Лес и зовет воевать не с пауками, а на стороне других смертоносцев, своих друзей. Согнал людей силой и думает, что после этого хоть кто-то пойдет за ним добровольно. Неужели так и надо себя вести, чтобы иметь хоть какие-то шансы на победу?.. Много странного когда-то рассказывал ему отец о свихнувшемся шамане.

- Локки, Таффо! Идите все сюда, пора держаться вместе! - громко крикнул Экко через головы бредущих по дороге людей. - Хватит их уже караулить, разбегаться нет смысла. Пришли.

Замыкавшие шествие, чтобы исключить массовый побег, Салли и Олени протолкались к друзьям. Действительно, никто из силой согнанных людей и не подумал повернуть назад: все же очень интересно было посмотреть, как будут разбираться меж собой Анни, главный шаман Белок, и этот ненормальный Питти.

Примерно через два броска копья шаман первым ступил в деревню. Здесь дома стояли не в одну, как обычно, а в несколько линий, посередине селения имелась площадь перед Хранилищем, или, как его еще называли старики, Храмом. Туда редко кто заходил без необходимости, если, конечно, не считать шаманов, которые там жили. В высоком длинном доме находились все богатства племени: оружие, меха, съестные припасы на голодный год. Где-то, в самом дальнем углу валялись и старые, никому не нужные книги.

Деревня будто обезлюдела, только в некоторых окнах мелькнули любопытные лица. Зато, приближаясь к площади, шаман все сильнее слышал гул голосов. Незнакомый молоденький воин оказался не глуп и собрал народ прямо там. Молодец, простор никогда не помешает. Питти прислушался к себе. Нет, поблизости ни одного смертоносца. Духи по-прежнему благоволят ему!

Анни он увидел сразу. Высокая белая фигура, очень прямая, притягивающая к себе всеобщее внимание. Главный шаман, как всегда, был одет в белоснежную тунику, на голове помещался убор из птичьих перьев - вот это уже специально по случаю торжества. Шаман искоса взглянул на Экко, тот заметил. - А что, брат Питти, попал бы ты ему отсюда в висок? Я бы попал.

- Даже не мечтай, - усмехнулся шаман. - Духи не велят все делать легко и просто, это всегда плохо кончается. Ты лучше перестань шутить на сегодня, ладно? Из окон Хранилища меня будет очень хорошо видно, так что позаботься о них.