Дел ответила не сразу. Она повернула чалого мордой ко мне. Ей пришлось осадить его, чтобы он снова не попытался наладить дружеские отношения с жеребцом. Когда чалый успокоился, Дел твердо встретила мой взгляд и чуть приподняла голову.

— А что бы ты делал? — спросила она. — Что бы ты делал, если бы я не нашла тебя в той кантине?

— Что бы делал?

— Да, что делал, — повторила она. — Ты сказал, что я свернула тебя с пути, как могла это сделать Эламайн. Свернула от чего? Не пустила тебя к чему?

— Ну, если бы я не встретил тебя в той кантине, Ханджи не принесли бы меня в жертву Солнцу, я не провел бы три месяца в рабстве в шахте Аладара, я бы не лишился Разящего и не связался бы с этим Северным мечом, в который к тому же попал Чоса Деи…

— Я спросила не об этом.

— Всего этого НЕ случилось бы.

— Ты уходишь от вопроса.

— Нет. Ничего подобного, — я пожал плечами. — Аиды, я не знаю. Я — танцор меча. Я работаю, мне платят деньги. Наверное этим я бы и занимался. Я ответил на твой вопрос?

— Да, — сказала она, — ответил. — Дел отогнала другую муху. Или ту же самую. — Ты однажды спросил меня, что я буду делать, когда Аджани будет мертв? Когда я закончу песню.

— Да, спрашивал. И насколько я помню, ты так и не ответила.

— Потому что я не рискнула заглядывать так далеко в будущее. Если я задумаюсь о том, что случится после смерти Аджани, я могу потерять собранность, расслабиться, а я не могу позволить себе это… — Дел махнула рукой. — Поэтому я об этом и не думаю. Но ты свободен и я спрашиваю тебя: ты когда-нибудь задумывался, что будет с тобой дальше?

— Ни один танцор меча не потратит ни минуты на фантазии о том, что случится в следующем году, следующем месяце, на следующей неделе. Аиды, да иногда даже нельзя думать о следующем дне. Только о следующем танце. Танцор думает о танце, баска, потому что ради танца он живет.

Дел твердо смотрела мне в глаза.

— А когда закончится твой танец?

— Я не могу ответить на этот вопрос, — раздраженно сказал я. — Я даже не понимаю его смысла.

— Понимаешь. Ты все понимаешь. Ты не тупой, ты только притворяешься, когда хочешь спрятаться от правды.

Я ничего не ответил.

Дел слабо улыбнулась.

— Это нормально, Тигр. Я поступаю так же.

— Не в твоих привычках притворяться тупой. Ты никогда не строила из себя дуру.

— Нет, — ее рот странно скривился. — Я привыкла притворяться холодной и уверенной. Внушать себе, что я жестокая, и так прятаться от правды.

Бывают моменты, когда я ненавижу Дел.

Этот момент к таким не относился.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1

Голос Дел прозвучал издалека.

— Тигр… что с тобой?

Смысла фразы я не понял. Какая-то путаница слов. Нет, даже не слов. Звуков.

— Тигр… с тобой все в порядке?

Я чувствовал себя… необычно.

— Тигр!

Аиды, баска… что-то неладно… что-то неладно со мной… что-то неладно с…

Я остановил жеребца, соскочил на землю, вытащил меч из ножен, потом сделал несколько шагов назад, к куче камней мимо которой мы только что проехали, нашел подходящую щель и вставил в нее меч.

Вернее вставил рукоять, а острый кончик поднялся в воздух.

— Тигр… — начала Дел, но не закончила.