— Идиотский сюрреализм какой-то.

— А до этого все нормально на станции было⁈ — вырвалось у меня. — Знаешь что, дай камеру, которая в переходе с кристаллом была.

— Даня! — раздался голос Мирко из коридора. — Тут в дверь кто-то скребется!

Подхватив лежащий на столе резак, я пулей выскочил из каюты, приготовившись встречать волну мутантов. Однако застал только Тома и Мирко, которые сидели скрючившись и прижав уши к люку.

— И?

— Чего «и»? — прошипел напарник. — Шуршит кто-то. Чем-то.

— Ребята! — позвала Клер. — Тут такое!..

Ну хоть разорвись!

— Том, оставайся, слушай! — крикнул я пареньку.

Клер голосила не просто так. На экране монитора слежения на самом деле происходило действо из разряда за гранью понимания. Двое десантников в голубой форме тащили третьего в стандартной броне космодесанта. Его ноги волочились по полу.

— Он ранен? Но почему они его несут в противоположную от челнока сторону⁈

Я мог бы ответить на вопрос девушки. Я уже видел, как это работает. Но я не успел открыть рот — синтеты бросили тело перед кристаллом. Тот засветился, и тело разложилось на стайку «светлячков». Те недолго кружили в воздухе — своей целью искры выбрали синтетов.

— Это помехи на камере⁈ Или…

— Или, — «успокоил» ее Мирко, — мы такое уже видели.

Хорошо, что у напарника хватило мозгов не рассказывать Клер, что мы не просто «видели», а еще как бы и поучаствовали в этом жутком ритуале. Синтеты устроили настоящий конвейер, подтаскивая тела десантников к кристаллу и получая от него порции искорок.

— Они что? Всех перебили⁈ — прошептала в ужасе Клер.

— Не уверен. Три предыдущих тела были прошиты лазерными импульсами. Но у этого, — я указал на тело, которое волокла вторая пара синтетов, — рваные и колотые раны, его убили мутанты.

— Похоже на то, — согласился со мной Мирко. Он повернулся к девушке и попросил: — Ты можешь приблизить тело?

— Нет, меня стошнит, — резко побледнела та.

— Хорошо, подвинься.

Я сел рядом с девушкой и попытался настроить картинку так, чтобы получше разглядеть тело. Однако оно распалось на рой искр прежде, чем мы с Мирко успели оценить какие-то детали. Видимо, это был последний труп, потому что синтеты в отсеке с кристаллом появляться перестали. Перебирая камеры, мы обнаружили, что андроиды направились к челноку.

— «Скарабей»! Это «Бриллианс»! — вызвал я корвет, собираясь сообщить о восстании машин. Думать, с чего бы вдруг синтеты присоединились к мутантам, мне было некогда. Челнок уже отчаливал от станции, и нам было необходимо предупредить вояк, чтобы они подготовили предателям наитеплейшую встречу. — Ответьте!

В ответ радио прошуршало что-то нечленораздельное. Помехи забили эфир напрочь.

— «Скарабей», не слышу вас! — Я переключился на внешние камеры и увидел, что шаттл уже отстыковался от станции и, развернувшись, полетел к корвету. — К вам направляется ваш челнок, на нем… вышедшие из-под контроля синтеты. Они перебили всю вашу группу! Повторяю, на челноке синтеты, они представляют угрозу!

— Уничтожьте этих сукиных детей прямо в шлюзе, — через мое плечо крикнул Мирко.

— «Скарабей», вы приняли информацию? — Я хотел убедиться, что вояки нас услышали. Но сегодня против нас было все на свете. И даже комета специально прилетела, чтобы обрушить нам системы связи, я ничего не слышал, кроме шелеста и шума. Однако повторял и повторял предупреждение вплоть до того момента, пока челнок не влетел внутрь корвета.